Последний висельник Орешка

В июле 1906 года в Нижнем парке Петергофа произошло убийство, ставшее результатом роковой ошибки. 24-летний эсер Яков Финкельштейн, одержимый идеей ликвидации бывшего столичного генерал-губернатора Дмитрия Трепова, застрелил генерал-майора Сергея Козлова, внешне похожего на свою цель. Спустя месяц в том же Петергофе женщина-террористка Зинаида Коноплянникова убила командира Семеновского полка Георгия Мина. Еще одна революционерка, Татьяна Леонтьева, пытавшаяся опередить Коноплянникову, в августе 1906 года в швейцарском Интерлакене застрелила парижского рантье Шарля Мюллера, приняв его за бывшего министра Петра Дурново. Дмитрий Трепов, узнав о причастности к покушению своей родственницы Леонтьевой, не выдержал и умер от разрыва сердца.

Яков Борисович Финкельштейн родился в 1882 году в Конотопе Черниговской губернии в семье приказчика. Образование получил домашнее, экстерном сдал экзамен за шесть классов гимназии. С юности примкнул к партии социалистов-революционеров. В 1903 году арестовывался в Саратове, в 1905-м — в Рославле Смоленской губернии и в Киеве, откуда бежал в Петербург. В столице у него возникла идея убить Дмитрия Трепова, считавшегося в революционной среде символом реакции.

Вечером 1 июля 1906 года в Нижнем парке Петергофа, неподалеку от Шахматной горки, собралась публика послушать оркестр лейб-гвардии уланского полка. Началась гроза, и одна из супружеских пар укрылась под деревом. Когда муж отправился искать извозчика, к нему подошел молодой человек, сверился с фотографией и произвел пять выстрелов почти в упор. Стрелок бросился бежать, но офицеры, гулявшие в парке, кинулись в погоню. Злоумышленник отстреливался, но его скрутили. Представившись крестьянином Виктором Васильевым, на вопрос о причине убийства генерал-майора Козлова он ответил, что никакого Козлова не знает, а «кого следовало убить, того и убил». Лишь через пару часов он осознал, что застрелил не Трепова, а другого человека.

Сергей Владимирович Козлов — генерал-майор русской императорской армии, участник русско-турецкой (1877–1878) и русско-японской (1904–1905) войн, кавалер многих орденов. Был женат на правнучке Суворова, коллекционировал портреты и автографы полководца, написал монографии «Суворов в его изображениях» и «Суворов. Очерки из его жизни». Как сообщала «Петербургская газета», его вина состояла лишь в том, что он был похож на Трепова. По словам вдовы, бороду, придававшую сходство, генерал отрастил незадолго до гибели.

В «Книге русской скорби» (1911) отмечалось: «Во всей его жизни не было ничего, что могло бы возбудить против него ненависть кого бы то ни было, и тем не менее он пал от руки убийцы-изувера, не остановившегося перед убийством этого доброго, отзывчивого и никому не сделавшего зла человека. В лице его Россия потеряла не только храброго воина, бившегося неоднократно с врагами за ее честь, но и выдающегося администратора и ученого». Убийца после ошибки отказался от комментариев, продолжая настаивать на крестьянском происхождении.

При задержании у Финкельштейна нашли подложный паспорт на имя Виктора Васильева. Согласно материалам журнала «Каторга и ссылка» (1927, № 2), судебно-медицинская экспертиза установила, что обвиняемый не занимался физическим трудом и имел признаки принадлежности к семитской расе. Других сведений о личности не имелось.

13 августа 1906 года в новом Петергофе на перроне вокзала пятью пулями был убит командир лейб-гвардии Семеновского полка генерал-майор Георгий Мин. Стрелявшая — 28-летняя бывшая учительница, член партии эсеров Зинаида Коноплянникова — тут же арестована. Она предупредила, что оставленная на перроне бомба может взорваться. Мин был приговорен боевой организацией за руководство подавлением декабрьского восстания 1905 года в Москве. Его застрелили на глазах жены и дочери.

Среди желавших исполнить приговор Мину была и 22-летняя Татьяна Леонтьева. Борис Савинков в «Воспоминаниях террориста» (1909) писал о ней: «Белокурая, стройная, с светлыми глазами, она по внешности напоминала светскую барышню, какою она и была на самом деле. Она жаловалась мне на свое тяжелое положение: ей приходилось встречаться и быть любезной с людьми, которых она не только не уважала, но и считала своими врагами, — с важными чиновниками и гвардейскими офицерами, в том числе с знаменитым впоследствии усмирителем московского восстания, тогда еще полковником Семеновского полка, Мином».

Татьяна Леонтьева происходила из аристократической семьи: отец — статский советник, генерал; мать — княгиня. Детство провела в имении под Петербургом, училась в Смольном институте, где за ангельскую внешность получила прозвище «Таня-ангел». В 1902 году окончила женскую гимназию в Лозанне, затем изучала медицину в университете; ей даже предлагали стажировку у Луи Пастера. Однако девушка сошлась с нигилистами и вступила в боевую организацию эсеров (БО). В ноябре 1904 года вернулась в Петербург и вошла в Комитет БО вместе с Савинковым, Каляевым, Азефом и другими.

Вскоре Комитет замыслил покушения на генерал-губернаторов в столицах и Киеве. В Петербурге на тот момент генерал-губернатором был Дмитрий Трепов, приходившийся Леонтьевой родственником. По воспоминаниям Савинкова, девушка не возражала против покушения на него. 4 февраля 1905 года Каляев убил великого князя Сергея Александровича в Москве. Затем готовился теракт против Трепова, но в ночь на 26 февраля в гостинице «Бристоль» на Исаакиевской площади прогремел мощный взрыв — погиб глава петербургского отделения БО Максимилиан Швейцер, собиравший бомбу. После этого охранное отделение нанесло ответный удар.

В марте 1905 года в Петербурге были арестованы 12 членов боевой организации. Леонтьеву взяли после обыска: в ее комнате нашли динамит, компоненты для бомб и поддельные паспорта. Девушку поместили в одиночку Петропавловской крепости. Не прошло и месяца, как у нее наступило «сумеречное состояние сознания», в мае диагностировали острый психоз и перевели в лечебницу святого Николая Чудотворца. Отец, чья карьера рухнула, добился прекращения дознания из-за душевной болезни дочери с условием вывезти ее в Швейцарию и не впускать обратно в Россию. Мать увезла Таню в интерлакенскую клинику для душевнобольных.

Однако Леонтьева сбежала из санатория и начала разыскивать руководство БО. Савинков писал ей, прося отдохнуть и поправиться, но она восприняла это как отказ от работы и примкнула к партии социалистов-революционеров-максималистов. В августе 1906 года, когда Коноплянникова уже убила Мина, максималисты предложили Леонтьевой устранить экс-министра внутренних дел Петра Дурново, который находился в Интерлакене под фамилией Мюллер. Она устремилась туда, поселилась в отеле «Юнгфрау» под чужим именем. Похожий на портреты старик был указан случайными людьми как Дурново, портье подтвердил, что это мсье Мюллер из Парижа. Леонтьева дважды выстрелила в него из браунинга во время завтрака на веранде.

Как и в случае с Финкельштейном, произошла ошибка в объекте. Убитым оказался не Дурново, а 73-летний парижский рантье Шарль Мюллер. Петр Дурново действительно жил в «Юнгфрау» под этим именем, но уехал за десять дней до покушения. Согласно газете «Русское слово» от 21 августа 1906 года, на следствии Леонтьева показала, что ей поручили убить бывшего министра Дурново, и отказалась от дальнейших показаний. Позже, узнав о своей ошибке, она отреагировала спокойно: «Печально, конечно, что погиб посторонний человек. Но что значит смерть одного буржуа в наше время, когда погибают тысячи? Я выполнила свой долг!»

29 августа 1906 года Зинаида Коноплянникова была повешена в Шлиссельбургской крепости (Орешек) — за десять дней до того, как 2 сентября в Петергофе от разрыва сердца скончался генерал-майор Дмитрий Трепов. Газеты сообщили, что швейцарская полиция установила личность россиянки, смертельно ранившей француза. Вероятно, известие о том, что убийцей оказалась его родственница, стало для больного Трепова последним ударом.

19 сентября того же года в Шлиссельбургской крепости при закрытых дверях прошел суд над «имеющим себя Васильевым». Приговор — смертная казнь через повешение — был приведен в исполнение на рассвете того же дня. Это стало последней казнью в Орешке. Всего с 1884 по 1906 годы в тюрьмах цитадели отбывали заключение 68 человек: 15 казнены, 15 умерли от болезней, 8 сошли с ума, 3 покончили с собой.

По законам швейцарского кантона Берн, умышленное убийство каралось пожизненным заключением. Однако защита Леонтьевой использовала аргументы неполной вменяемости, отсутствия злого умысла и «ужасов жизни в реакционной России». 15 марта 1907 года суд приговорил ее к четырем годам одиночного заключения и 800 франкам судебных издержек. Ее отправили в тюрьму Ленцбурга, где она попыталась покончить с собой. В начале 1908 года Леонтьеву перевели из тюрьмы в дом умалишенных. По сообщению газеты «Утро России» от 6 августа 1910 года, срок ее наказания заканчивался 28 сентября, но правительство решило оставить ее в лечебнице, а родители обязались платить за содержание. По одной версии, Леонтьева умерла от инсульта в 1910 году, по другой — скиталась по швейцарским клиникам до 1922 года.

Личность Якова Финкельштейна была раскрыта только в начале 1920-х годов. В Московское отделение Общества политкаторжан поступила просьба о финансовой поддержке от учащегося рабфака Владимира Финкельштейна, который указал, что его родной брат пострадал от царизма и был казнен в Шлиссельбурге под фамилией Васильев. Опросы матери и товарищей подтвердили это.