
Источник:
В российских кинотеатрах с 5 ноября показывают романтическое фэнтези «Плетеный муж». Главные роли исполнили Оливия Колман и Александр Скарсгард. Сюжет строится вокруг рыбачки, которая обручилась с существом, сплетённым из ивовых прутьев, и того, что из этого вышло. Киносказки, как выясняется, всё ещё способны удивлять сильнее «Колобка».

Источник:
Действие происходит в деревушке, которая находится в не слишком волшебной стране. Странностей там хватало и без магии. У жителей не было обычных имён — их называли по профессиям: Портной, Мясник, Трактирщик и так далее. Их жёнам прозваний вовсе не полагалось — только «Жена Трактирщика», «Жена Булочника». И лишь Рыбачка (Оливия Колман) существовала сама по себе. Мужа у неё не было: какая уж тут семья, когда она совсем не красавица, вечно пахнет рыбой, да и смех у неё неприятный.

Источник:
Когда насмешки деревенских ей окончательно надоели, Рыбачка пошла к Корзиночнику (Питер Динклейдж). Он жил уединённо недалеко от деревни, сторонился людей и, кажется, был немного волшебником. «Сплети мне мужа», — попросила Рыбачка. «Приходи через месяц», — не моргнув глазом, ответил Корзиночник.

Источник:
Через месяц у алтаря Рыбачку ждал муж, сплетённый из лозы. Высокий, статный, а в любви, как выяснилось, неутомимый. Вдобавок умелый, трудолюбивый и главное — полный любви к своей жене. То, что он искусственный, Рыбачку не смущало: она не могла нарадоваться. А деревня полнилась слухами: женщины смотрели на плетёного красавца с завистью, их мужья — с ревностью. Ничем хорошим это кончиться не могло.

Источник:
Мечта об искусственном муже, сыне или дочери не нова: от Галатеи до Буратино, от Снегурочки до Франкенштейна. Видимо, людей томит одиночество, и им хочется, чтобы член семьи был ровно таким, как надо, по заказу, будто из мастерской. Теперь в этот ряд вписался герой Александра Скарсгарда.

Источник:
Создатели фильма где-то в интервью рассказывали, что не сразу определились с внешностью героя. Но переживать не стоит: получилось прекрасно. Вместо компьютерной графики здесь убедительнейший грим от Weta Workshop, за которым самого актёра еле видно. Это не мешает его всегдашней сдержанной, холодноватой харизме просачиваться сквозь щели между прутьями лозы. Плетёный муж вышел убедительным, завораживающе красивым и одновременно жутковатым. Больше всего он похож на персонажей с картин Арчимбольдо, сложенных из растений; живописности добавляет камера оскароносного оператора Лола Кроули.

Источник:
Идеальным противовесом чудесному мужу служит подчёркнуто неидеальная, грубоватая, но очень живая и непосредственная Рыбачка. Сомневаться в том, что Оливии Колман подвластен спектр ролей от королевы до крестьянки, не приходилось — но это лишнее доказательство, предоставленное с лёгкостью необыкновенной.
В этой непосредственности сюжета — коли нет мужа, сплетём из лозы, и никто слишком не удивляется — есть что-то от народных сказок. Не от обработок для детей, а именно от исходных фольклорных историй: жестоких, часто пугающих, но поражающих фантазией. В кино этот дух отлично передал лет десять назад Маттео Гарроне в «Страшных сказках». Из недавнего похожего можно вспомнить «Гадкую сестру» Эмили Блихфельдт — там тоже «Золушку» вернули к кровавым корням. Как и «Гадкая сестра», «Плетёный муж» использует фольклорную архаику, чтобы поговорить о проблемах самых что ни на есть современных. В первую очередь гендерных, но не только.
Деревушка, где происходит дело, оказывается мини-слепком современного общества, где, как и в древности, обычаи и иерархия никуда не делись. И всегда есть те отщепенцы, над кем готовы посмеяться все прочие. Появление идеального Плетёного взламывает привычный баланс: равнодушные мужчины и их привычно несчастные жёны вдруг ясно видят посредственность своей семейной жизни. Именно это пугает их и заставляет ополчиться против счастливой парочки, а не то, что по улице расхаживает мужик из лозы.
Интересно, что здешний вялый патриархат даже не выдвинул никакого альфа-самца: вместо него — властная и умная Жена Портного (Элизабет Дебики, сыгравшая принцессу Диану в «Короне»), которая и стала главной антагонисткой на страже консервативных ценностей. Жаль, что её линия раскрыта разве что наброском. Другой интересный персонаж достался звезде «Игры престолов» Динклейджу: его Корзиночник — ещё один аутсайдер, этакий мыслитель и маг, постоянно выдающий монологи об ответственности творца, в духе шекспировского Просперо. Но и у него тоже вместо полноценной линии — скорее, пунктир.
Концентрация тут — именно на Рыбачке, её муже и их отношениях, всё остальное здесь — повод, так что кино вполне можно назвать и романтическим фэнтези.
Правда, любопытно заметить, как именно устроено их семейное счастье. Если героиня Колман проходит какой-то путь — наслаждается чудом, сомневается, ревнует, учится жить в семье — то у волшебного супруга никакого развития не происходит. Он просто одинаково идеален и покорно, беззаветно влюблен в Рыбачку весь фильм, ничего не ожидая взамен; остаётся больше предметом мебели вроде плетёного кресла, чем человеком.
Сравните с нашумевшими «Бедными-несчастными» Йоргоса Лантимоса, откуда в «Плетёного мужа», кстати, перешла часть съёмочной группы. Там весь фильм посвящён тому, как искусственная женщина осознаёт себя личностью и обретает свою субъектность вне брака. Плетёному мужчине предложено противоположное. Сказка — ложь, да в ней намёк; поневоле призадумаешься!


