Методика определения вредоносного ПО на устройствах клиентов пока не раскрыта
Источник:
С 1 марта 2027 года банки получат право отклонять переводы, если заподозрят, что устройство клиента заражено вредоносной программой или подверглось подозрительному воздействию. Единых критериев для такой проверки пока не существует — каждый банк разработает их самостоятельно. Эксперты предупреждают, что это не только повысит защиту от мошенников, но и создаст риск ошибочных блокировок.
Вице-президент Ассоциации юристов по регистрации, ликвидации, банкротству и судебному представительству Владимир Кузнецов уточняет: блокировка счета или заморозка денег не рассматривается. Ограничение затронет только конкретный перевод, который банк посчитает опасным. Если система обнаружит признаки вредоносного ПО, отказ последует только для операции, отправленной с этого устройства. Клиенту обязаны объяснить причину и предложить альтернативу: например, перевод с другого устройства, через отделение или терминал.
Первый заместитель председателя правления АО «Национальный Банк Сбережений» Мария Бродовская поясняет, что нововведение направлено на борьбу с современными киберсхемами. Преступники не ограничиваются звонками — они убеждают жертву установить программу удаленного доступа, после чего сами управляют смартфоном и переводят деньги. Для банка такая операция выглядит обычной, хотя за ней стоит злоумышленник. Новая система должна стать барьером и остановить перевод до того, как деньги уйдут мошенникам.
Заместитель гендиректора по информационной безопасности финансового маркетплейса «Сравни» Никита Блисс считает, что если банк сможет выявить управление устройством посторонним или наличие вредоносной программы, это перекроет один из самых распространенных каналов мошенничества. Он признает, что злоумышленники будут искать обходные пути и маскировать вирусы, однако атаки станут сложнее, дороже и менее массовыми.
Главная проблема — отсутствие единых критериев определения вредоносного ПО. По словам Марии Бродовской, каждый банк будет сам формировать перечень признаков, поэтому полностью исключить ложные срабатывания нельзя. Подозрение могут вызвать приложения, которые сами по себе не вредоносны, но имеют расширенные права доступа: корпоративные программы, сервисы удаленного администрирования, некоторые VPN-клиенты.
Владимир Кузнецов добавляет важную юридическую деталь: утверждение, что банк может произвольно объявить опасным любое приложение, неверно. Средства защиты обязаны соответствовать государственным требованиям, банки должны использовать сертифицированные механизмы выявления угроз. Закон также не содержит перечня программ, которые автоматически считаются вредоносными.
Доцент кафедры банковского дела и монетарного регулирования Финансового университета при Правительстве РФ Светлана Зубкова напоминает: банк вправе анализировать устройство только с согласия клиента. Если человек не разрешил проверку, финансовая организация может отказать в дистанционном переводе, руководствуясь внутренними процедурами. Это не запрет на распоряжение деньгами: операцию можно провести через отделение или терминал, подтвердив, что перевод совершает владелец счета.
Быстро оспорить отказ пока сложно: специальная ускоренная процедура для отмены ошибочного решения и проведения перевода с того же устройства не предусмотрена. При этом ответственность банков возрастает — если система зафиксировала признаки вредоносного воздействия, а перевод мошенникам все же разрешили, банк рискует возмещать ущерб за свой счет. Поэтому кредитные организации, вероятно, будут действовать максимально осторожно и чаще отказывать в сомнительных операциях.
При отклонении перевода Кузнецов рекомендует сохранить уведомление банка и зафиксировать время отказа, попробовать повторить операцию с другого проверенного устройства или обратиться в отделение. Если проблема повторяется, стоит направить письменную претензию с требованием указать официальную причину отказа. При необходимости следующим шагом может стать обращение в Банк России.
