Источник:
Илья Папоян, которого публика уже окрестила «сверхновой» пианизма, начал сезон в Большом зале Филармонии с программы из трех фортепианных концертов Чайковского, дополнив ее Концертной фантазией. За пультом СПб ГАСО стоял петербургский дирижер Александр Титов. Вечер, разбитый на три отделения, стал настоящим испытанием для солиста.
Источник:
Пианисту всего 26, но о его даровании ходят легенды. Говорят, он способен выучить произведение «с листа», просто просматривая ноты в смартфоне. Его бывший наставник, профессор Александр Сандлер, отзывается о способностях ученика в превосходных тонах. Услышав однажды игру Папояна, трудно с этим не согласиться: его мощная харизма и сумрачный, обращенный внутрь взгляд создают образ байронического героя, живущего в мире музыки.
Источник:
Мир, в котором обитает Папоян, почти полностью состоит из звуков. На своих выступлениях он будто приоткрывает дверь в это пространство, и публика, чувствуя доверие, отвечает бурным обожанием. Армия поклонников у него огромна, и дело не только в эффектной внешности. Главное — редкая для юного возраста серьезность и сосредоточенность на сути исполняемого.
Источник:
Его игра, даже в светлых и бодрых сочинениях, несет отсвет трагического восприятия бытия, что удивляет в столь молодом человеке. Кажется, он родился с ощущением экзистенциальной драмы. Природные данные — масштаб, сила звука, беглость пальцев и феноменальная память — лишь дополняют эту глубину.
Источник:
Путь Папояна типичен для вундеркинда: в 9 лет он уже лауреат юношеского конкурса Шопена в Петербурге, с 10 учился в школе-десятилетке при консерватории, в 13 дебютировал в Капелле. С 2016 года он регулярно брал призы, но главным достижением пока остается третья премия на конкурсе Чайковского в 2023 году. Впрочем, ему еще есть куда расти.
Эпатажные программы для Папояна не редкость: он играл все концерты Рахманинова, пять концертов Прокофьева и два клавирных концерта Баха. Несмотря на романтический склад дарования, Бах у него тоже звучит великолепно, включая монументальные «Гольдберг-вариации». Но именно Чайковский стал вызовом этого вечера.
На открытии сезона прозвучали все три фортепианных концерта Чайковского, включая малоизвестный публике Третий. Этот концерт Петр Ильич начал писать в 1893 году незадолго до смерти, взяв тему из неосуществленной симфонии. Завершена была только первая часть «Allegro Brillante», которую и исполнили в Филармонии; эскизы остальных частей позже обработал Танеев.
Музыка Третьего концерта полна отсылок к «Щелкунчику»: угловатые мотивы с хроматизмами напоминают образ мышиного короля. Трехчастная главная тема сменяется лирической, а за ней следует задорная плясовая. В разработочной части вновь появляется «игрушечное зло», но особенно впечатляет огромная каденция солиста, где слышны отголоски листовской сонаты и даже Трансцендентных этюдов.
Каденция завершается длинной трелью в верхнем регистре, под которую проходит центральная лирическая тема. Затем властно вступает оркестр, знаменуя репризу. Сочинение, написанное на излете жизни, получилось чрезвычайно эффектным и выигрышным для пианиста. В последнее время Третий концерт и Концертная фантазия 1884 года все чаще появляются в программах, и этот вечер не стал исключением.
Самыми яркими моментами были именно сольные эпизоды — блестящие и сложнейшие каденции, где Папоян оставался один на один с роялем. Тогда со сцены шел энергетический ток. Однако во время оркестровых фрагментов напряжение спадало. СПб ГАСО, даже при корректности звучания, заметно приглушал энергетику пианиста.
Темпоритм дирижера Александра Титова был слишком ровным, а фразировка — формальной и сухой. В романтической музыке не хватало спонтанности, свободы и воздуха. Без огня и драйва музыка Чайковского с ее плясовыми мотивами и сентиментальной лирикой заметно угасала.
Концертная фантазия, напротив, звучит заразительно ярко. После успеха первых двух концертов в США (премьеры прошли в Бостоне в 1875-м и Нью-Йорке в 1881-м) это сочинение часто исполняли в Европе и Америке, иногда даже чаще, чем в России. Его считали развитием идей листовского пианизма.
Во второй части Фантазии, «Контрасты», появляется тема в духе «жестокого» романса, предвосхищающая Романс Полины из «Пиковой дамы». Начинается она с дуэта рояля и виолончели, затем подхватывается оркестром, достигая пароксизма тоски. Но в кульминации вторгается враждебный материал — сухое бряцанье бубна, образ механистического зла. При первом появлении лирика преодолевает его, но при повторном вторжении «злая» скерцозная тема вытесняет светлое начало.
Образ зла у позднего Чайковского часто предстает в скерцозном обличье — вспомним Скерцо из Шестой симфонии или тему феи Карабос. Концертный стиль композитора театрален: темы появляются как персонажи, со всеми вытекающими эффектами — мощной оркестровкой и виртуозной партией солиста, предназначенной поразить публику.
Для Папояна этот трехчасовой марафон стал возможностью блеснуть, и он использовал ее сполна. В завершение музыкант исполнил на бис «Полет шмеля» Римского-Корсакова в запредельном темпе, поставив точку в вечере, который запомнится надолго.
Гюляра Садых-Заде
