«Купи улей — получи мед через год»: история пчелошеринга

Восемь лет назад Артем Жаров работал веб-дизайнером, не имея аттестата о школьном образовании, но обладая солидным профессиональным опытом. Сегодня он — совладелец компании, которая реализует мед, точнее, целые ульи. Покупатели таких «пчелиных фабрик» получают доступ к онлайн-трансляции с пасеки и баночки с медом, оформленные по индивидуальному дизайну.

На старте медовый бизнес столкнулся с серьезным испытанием: спустя несколько месяцев после запуска трагически погиб друг и партнер Артема. Однако предприниматель не оставил общее дело, а сумел развить его до команды из 40 человек и месячного оборота в 8 млн рублей. Как ему это удалось — читайте далее.

Артем вырос в промышленном Череповце, но летние каникулы проводил у бабушки с дедушкой в небольшом городке между Петербургом и Москвой. Именно там отец брал его в лес за грибами, что пробудило в мальчике любовь к природе. В подростковом возрасте у него появились иные увлечения.

«В 15 лет я начал прогуливать школу: целыми днями читал про веб-дизайн и пытался что-то делать сам. В 16 я уже профессионально этим занимался и зарабатывал. В школу так и не вернулся, у меня даже аттестата за 11 классов нет», — признается Артем.

Родители, по его словам, не стали давить на сына и позволили ему выбрать собственный путь. Сейчас 18-летний стаж в веб-дизайне бизнесмен называет своей главной школой предпринимательства.

«Дизайнер — это тот, к кому приходит бизнес и выкладывает всё: сильные и слабые стороны, конкурентов. Ты должен глубоко погрузиться в дело и придумать, как лучше представить, чтобы у клиента пошли продажи. За 18 лет в профессии у меня сформировалось четкое понимание, что будет работать, а что нет», — поясняет Артем.

Поворотный момент наступил, когда молодой человек переживал личный кризис: расстался с девушкой, поссорился на работе и решил уехать волонтером к блогеру, который оставил город и поселился в лесу.

«Там я узнал, что так можно: взять и уйти жить в лес, и это, во-первых, очень дешево, а во-вторых, невероятный уровень комфорта, ты там действительно восстанавливаешься. Всё другое: чистая вода, тишина, хороший сон, свое хозяйство», — вспоминает он.

Тогда же Артем впервые услышал о пермакультуре — способе ведения хозяйства, при котором растения и животные поддерживают друг друга, не истощая землю, в отличие от промышленного сельского хозяйства. «Как дизайнеру мне показалось: ничего себе, это же тот же самый точный дизайн, только про природу», — говорит он.

Позже Артем женился и вместе с супругой и ребенком переехал в Краснодарский край, купив домик в лесу по объявлению. На новом месте он познакомился с Михаилом, у которого уже была небольшая пасека из пяти ульев.

Сначала друзья не думали о бизнесе — просто общались, катались на мотоцикле и много разговаривали. Но вскоре решили направить общие интересы в практическое русло.

«У Миши было пять ульев, мы докупили еще пять. Собрали первый урожай, начали продавать мед банками. После первого сезона стало понятно: это работает плохо. Ты тратишь большое количество времени и денег на покупателя, а он берет одну банку и, может, только через полгода вернется за второй», — рассказывает Артем.

Тогда родилась идея: получать деньги сразу, а продукт отдавать позже. Решили продавать не мед, а сам улей: деньги — сразу, обслуживание — в течение года, мед — в сезон. «Наши первые заказчики нас, по сути, и профинансировали», — отмечает он.

Бэкграунд в веб-дизайне пригодился: клиент может выбрать дизайн улья, упаковку меда, название или надпись на этикетках, а также наблюдать за всем удаленно. Гипотеза о том, что сервис «Пчелошеринг» будет востребован ценителями меда, не подтвердилась.

«Только каждый пятый заказ был себе, остальные — в подарок. Любители меда не станут тратить деньги на улей. А вот те, кто хочет подарить что-то яркое и оригинальное, — вполне», — вспоминает предприниматель.

На продвижение бизнеса денег не было. Артем написал статью на открытый медиаресурс, и она неожиданно попала в топ, что привело к росту продаж. «Мы были в эйфории, праздновали успех. А через несколько дней Миша, мой друг и партнер, утонул в проруби. Это меня подкосило, где-то год прошел как в тумане», — говорит он.

Мысли всё бросить не возникало, признается Артем. Было лишь непонимание, как вести дело в одиночку. «Мы с сестрой Миши и его мамой решили, что нужно обязательно продолжать. В итоге я взял на себя пасеку, а мама и сестра Миши — бухгалтерию и юридические вопросы».

Три года компания росла на энтузиазме: Артем совмещал проект с фрилансом, а партнеры не выводили деньги. «Только на третий-четвертый год мы стали платить себе зарплату и полностью ушли из других проектов», — рассказывает он.

Переломным моментом стал короткий видеоформат: один из клиентов выложил ролик в соцсетях про подарок жене, затем кто-то сделал бизнес-кейс о компании — оба видео принесли заметный приток заказов. «С тех пор мы живем во многом за счет соцсетей. За прошлый год по выручке выросли в семь раз. Сейчас оборот компании — 6–8 млн рублей в месяц, в команде — 30–40 человек, около половины расходов уходит на зарплаты».

На старте Артем и Михаил разделили обязанности: Миша как практикующий пчеловод отвечал за ульи и уход, а Артем — за упаковку, идеи и продажи. Сегодня у компании несколько собственных пасек и сотрудничество с пчеловодами по всей стране.

«Мы находим пасеку, ставим на ней свои ульи, устанавливаем камеры. Раз в месяц приезжают фотографы и всё снимают. Компании достается продукт, а пчеловоду — прибыль. Цену мы предлагаем выше оптовой и, конечно, постоянный сбыт. Плюс мы полностью забираем на себя маркетинг, общение с клиентом, продажу, фасовку, упаковку», — объясняет он.

За красивым личным кабинетом на сайте и трогательными видео с пасеки стоит целая IT-инфраструктура: собственная разработка, аналитика и служба поддержки. «В основе личного кабинета, где люди видят контент про свой улей, лежит полноценная IT-система, которая в дальнейшем позволит создавать продукт для управления пасекой», — говорит Артем.

Артем хорошо понимает устройство медового рынка. По его словам, 95% рынка — это мелкие частные пасеки на 10–50 ульев, а крупных хозяйств с тысячами ульев — единицы. Массовое производство устроено как кочевое: пасеку возят от поля к полю вслед за цветением монокультур.

«Есть поля, где растет подсолнечник, рапс, гречиха. Туда привозят пчел, они собирают мед, его забирают и едут на другое поле, например на акацию. Из-за постоянных переездов у таких пчел слабый иммунитет, они контактируют с чужими, иногда зараженными семьями, и пасечникам приходится лечить их антибиотиками. Естественно, препараты частично попадают в мед».

«Кроме того, весь мед у пчел на массовом производстве часто забирается, а вместо него им дают сахарный сироп — сахар с водой перетопленный. Пчелы зимуют не на своем меде, а на сиропе. Просто потому что мед стоит минимум в два раза дороже сахара. Сахар — рублей 50, а самый сомнительный мед оптом — 100–150. Разница для пасечника существенная».

Из-за низкого качества продукта и недоверия покупателей пчеловодам приходится конкурировать ценой, а не качеством, и в итоге страдают те, кто честно делает хороший мед. «Наш сервис построен на противоположных принципах: не кочевая пасека, а лесной мед с разнотравья и щадящий сбор — часть меда всегда остается пчелам», — поясняет предприниматель.

Бизнес Артема инвестирует в оборудование для безопасного лечения пчел от клещей — без химии, но с сохранением эффективности. В перспективе он хочет предложить эту технологию другим пасекам. «Хочется сделать экологичное пчеловодство таким же простым и предсказуемым, как открытие кофейни по франшизе», — объясняет он.

Артем уже выступал с этим проектом перед инвесторами на форуме в Красной Поляне и занял первое место. Отвечая на вопрос о совете начинающим предпринимателям без денег и связей, он говорит без раздумий:

«Делать то, что хочется и что нравится, — в этом и будет твое преимущество перед теми, кто делает что-то ради денег. Искать что-то на стыке разных сфер, как получилось у меня с дизайном и природой. И не ждать больших денег, чтобы начать: жизнь сама приведет к нужному делу, если ты к этому готов».