Гуменник на Олимпиаде: судейские протоколы вызвали вопросы

Оценки судей за короткую программу Петра Гуменника на Олимпийских играх 2026 года отличались друг от друга почти на 15 баллов. Это наглядный пример того, как в фигурном катании одно выступление может быть воспринято совершенно по-разному.

Фигурное катание известно субъективностью судейства, где оценки нередко становятся предметом споров. Протоколы соревнований иногда волнуют зрителей не меньше, чем сами выступления. Короткая программа Петра Гуменника подтвердила эту тенденцию. Хотя прокат не был безупречным, итоговые 86.72 балла отправили фигуриста на 12-ю позицию, фактически лишив шансов на медаль.

Гуменник вышел на лед первым в первой разминке, что считается невыгодным положением. Отсутствие международного рейтинга из-за отстранения российских спортсменов привело к настороженному отношению судей. Как отмечала перед Играми опытный тренер Тамара Москвина, на международном уровне Петра практически не знают.

Оценки за короткую программу оказались скромнее прежних результатов Гуменника, а разброс между судьями был огромным. Один арбитр поместил его на почти призовое четвертое место, другой — отправил за пределы топ-20. Разница между максимальной и минимальной суммой достигла почти 15 баллов, что даже для фигурного катания нетипично.

В судейскую бригаду входили представители девяти стран: Юрий Клюшников (Азербайджан), Тициана Моранди (Италия), Надежда Фёдорова (Грузия), Даниэль Дельфа (Испания), Леанна Кэрон (Канада), Кристина Лундгрен (США), Надежда Парецкая (Казахстан), Су Джун Ли (Республика Корея) и Антони Леруа (Франция).

Детальный разбор протоколов показал, что судьи интерпретировали прокат по-разному. Азербайджанский арбитр Юрий Клюшников оказался самым щедрым, начислив Гуменнику свыше 96 баллов и поставив его на четвертое место в своем рейтинге. Американка Кристина Лундгрен оценила программу в 90 баллов (11-я позиция). В то же время другие судьи были заметно строже.

Канадская судья Леанна Кэрон поместила Гуменника только на 19-е место, единственной из бригады поставив отрицательный GOE за четверной лутц и снизив техническую оценку. Итальянец Тициана Моранди выставила самую низкую сумму — 81.44 балла (17-е место), будучи строгой как к технике, так и к компонентам. Казахстанский арбитр Надежда Парецкая, скупая на оценки в целом, поставила Гуменнику 84.11 балла.

Техническая бригада отнеслась к участникам лояльно, избегая жестких понижений за недокруты. Гуменник допустил одну существенную помарку: в каскаде после четверного флипа он исполнил двойной тулуп вместо тройного, что снизило базовую стоимость элемента и привело к минусам в GOE. Остальные элементы, включая четверной лутц и тройной аксель, были выполнены чисто, вращения и дорожка шагов получили четвертый уровень. Однако судьи не вознаградили сложность программы: за рискованный четверной лутц значительных надбавок не последовало. В компонентах оценки в основном колебались вокруг 7 баллов, лишь некоторые судьи поставили около 8.0. В итоге по технике Гуменник вошел в топ-10, но по компонентам оказался лишь 18-м из 24 участников, что явно связано с ранним стартовым номером и отсутствием авторитета у международных судей.

Любопытно, что наиболее строгие арбитры представляли страны, чьи фигуристы конкурировали с Гуменником: Италия (Даниэль Грассель и Маттео Риццо), Канада (Стивен Гоголев), Республика Корея (Чха Джун-хван) и Казахстан. Гуменник, выступающий в нейтральном статусе, воспринимался как потенциально опасный соперник. С другой стороны, судьи из Азербайджана, США и Грузии оказались более благосклонными.

Особое внимание привлекло сравнение с украинским фигуристом Кириллом Марсаком, который опередил Гуменника на 0.17 балла, заняв 11-е место с 86.89 балла. Марсак показал программу с одним четверным прыжком и более скромным арсеналом, но его оценки неожиданно выросли. За месяц до Олимпиады его личный рекорд был почти на 10 баллов ниже, а компоненты подскочили с примерно 33 до 37 баллов, что трудно объяснить реальным прогрессом. Фактически Марсак получил за компоненты почти столько же, сколько Гуменник (37.69 против 38.29), хотя класс скольжения последнего объективно выше.

Те же судьи из Италии, Канады и Южной Кореи, которые строго оценили Гуменника, оказались щедры к Марсаку. В результате спортсмен с более простой программой символически опередил российского фигуриста. Наложение спортивной конкуренции, резкого роста оценок оппонента и политического контекста породило разговоры о предвзятости.

Другие фигуристы с менее рискованным контентом также получили высокие баллы. Например, итальянец Маттео Риццо с одним четверным тулупом набрал около 90 баллов, а француз Адам Сяо Хим Фа установил личный рекорд в 102.55 балла. Чистота исполнения и репутация часто перевешивают номинальную сложность. Гуменник рискнул включить два разных четверных прыжка, но из-за ошибки в каскаде и сдержанного приема судей его балл оказался ниже ожидаемого.

На выступление Гуменника повлияли дополнительные обстоятельства. За несколько дней до старта пришлось экстренно менять музыку для короткой программы из-за проблем с авторскими правами. Вместо саундтрека из фильма «Парфюмер» использовали «Waltz 1805» Эдгара Акопяна. По словам фигуриста, это нарушило целостность образа, что могло отразиться на оценках за компоненты.

Стартовый порядок и нейтральный статус также сыграли роль. Выход первым редко приносит высокие баллы, а отсутствие международных соревнований в последние годы сделало Гуменника малоизвестным для судей. У него не было рейтинга ISU, титулов чемпионата мира или Европы, что лишило его негласной поддержки. Политическая обстановка и отсутствие национальной символики могли подсознательно повлиять на строгость оценок.

Чтобы понять, допустим ли такой разброс оценок, мы обратились к почетному вице-президенту ISU Александру Лакернику. Он отметил, что разброс баллов отражает разное восприятие судей. Лакерник пояснил, что ISU использует систему «коридора»: по каждому элементу и компонентам есть допустимое отклонение от среднего значения. Судьи, выставившие как высокие, так и низкие оценки, могли оставаться в пределах этого коридора.

На вопрос о национальных пристрастиях Лакерник ответил, что ISU применяет математическую процедуру для оценки таких тенденций, но официальный анализ проводится по детальным отчетам, а не по публичным таблицам. Он подчеркнул, что таблицы на сайтах вроде Skating Scores носят неофициальный характер и служат лишь ориентиром.

Обсуждая ошибку Гуменника в каскаде, Лакерник предположил, что она стоила фигуристу около 10 баллов, учитывая потерю базовой стоимости, надбавок и влияние на компоненты. Он не увидел оснований обвинять судей в предвзятости, отметив, что возможные ошибки разберет оценочная комиссия. На вопрос о шансах на медаль Лакерник ответил, что при отставании в 15 баллов шансы минимальны: для этого Гуменнику нужно выступить идеально, а конкуренты — допустить несколько ошибок.

Короткая программа Гуменника продемонстрировала субъективность судейства в фигурном катании и влияние внешних факторов. Хотя нельзя говорить о сознательном сговоре, разброс в 15 баллов, символический отрыв Марсака и скачок его компонентов вызывают вопросы. Для Гуменника этот опыт стал ценным уроком. Теперь он может ответить судьям только безупречным прокатом в произвольной программе.