Работа мобильной группы ПВО
Источник:
На фоне участившихся атак дронов на Москву в России активизировалась дискуссия о работе ПВО. Военный эксперт Дмитрий Корнев, редактор журнала «Новый оборонный заказ», в эфире «Бизнес FM» отметил, что даже 90% поражения целей — это практически идеальный показатель. «Даже если ПВО обеспечивает 90% поражения целей, атакующих объектов, или чуть меньше, или чуть больше, это очень хороший, практически идеальный показатель. Наша ПВО показала, я думаю, результат не менее 90% сбитых объектов. Другое дело, что сбитые объекты падают на землю и могут приводить к косвенному ущербу», — заявил Корнев.
Источник, близкий к Минобороны России, в беседе с «Коммерсантом» подчеркнул, что российские удары по украинской инфраструктуре «гораздо более эффективны, планомерны и результативны». При этом все эксперты сходятся во мнении, что необходимо продолжать целенаправленно укреплять ПВО.
Пресс-секретарь президента Дмитрий Песков также призвал обратить внимание на впечатляющие съемки последствий ударов ВС РФ по объектам на Украине и высокие показатели работы ПВО во время массового налета на Москву — «несмотря ни на что».
О том, как защищаться в условиях, когда в России до сих пор чаще закупают отдельные средства, а не выстраивают систему, «Фонтанке» рассказал военный технолог Алексей Чадаев. «Вы удивитесь. Мы не знаем, что на нас даже сегодня летит, и тем более не знаем, что полетит завтра. То есть представление о том, что и сколько нас атакует и в какой степени наша система защиты способна с этим бороться, близко к отсутствующему», — отметил эксперт.
Чадаев привел пример налёта на Петербург во время ПМЭФ: «Строили-строили систему защиты, но не поняли, что когда дроны летят над водой, то система обнаружения их не видит. В итоге благополучно сбили всё, что летело над землёй, а с залива всё прилетело по целям».
Эксперт подчеркнул, что у всех защитников фокусировка на изделиях, а не на системах. «До понимания, что всё это вместе единая система, нам предстоит ещё дорасти. Думаю, это случится через сколько-то прилётов», — добавил он. По его словам, единая система должна включать обнаружение, идентификацию, принятие решений, сопровождение, наведение, поражение, оповещение и работу с последствиями.
Чадаев раскритиковал практику установки защиты непосредственно на охраняемых объектах. «Это просто идиотизм», — заявил он, рассказав о случае, когда для эффективного перехвата требовалось разместить мобильные огневые группы на чужой земле далеко за периметром объекта. Он подчеркнул, что периметр защиты должен простираться на десятки километров, и отказаться от этого невозможно — «всё решает математика».
Для Петербурга и Новороссийска Чадаев предложил выносить контрперехват на воду дальше от берега, используя плавучие средства или дамбу. Что касается радиолокационных станций, работающих только поверху 50+ метров, необходима система, которую можно быстро развернуть по низинам и связать в единую сеть. По словам эксперта, у противника такие сети раннего обнаружения уже есть — «Звук» и «Фенёк», а у России существует лишь прототип.
Отдельно Чадаев остановился на проблеме теробороны со стрелковым оружием. Он считает, что малокалиберным стрелковым оружием сбивать дальнобойный дрон неэффективно, так как даже после попадания БПЛА планирует к цели. «Глобально есть действительно простое, понятное правило: лучшее средство борьбы с дроном — дрон», — подчеркнул технолог.
Говоря о многоэшелонированной системе Москвы, Чадаев отметил, что и в неё прилетело — в частности в Капотню. Проблема, по его мнению, в том, что радары не связаны в единую сеть, что приводит к ошибочному учёту целей и расходованию средств. «Допустим, его сбили — отчитались за четыре сбитых, а те, что прибыли вслед за ним, прилетели в цель», — пояснил он.
Эксперт призвал создать службу «белых хакеров», которая регулярно тестировала бы систему на уязвимости, используя мишени-дроны без заряда. «Надо всё время самих себя атаковать», — резюмировал Чадаев. Однако он посетовал на отсутствие дешёвых учебных моделей: производители оценивают одноразовые мишени в сумму от полутора миллионов рублей, тогда как нужен аналог украинского «Лютого» не дороже 300 тысяч.
Среди эффективных средств защиты Чадаев выделил пассивную защиту — сетки, которые снижают ущерб, когда все прочие рубежи не сработали. Он отметил, что «Панцирь» хорош благодаря наилучшему проценту «сбития» БПЛА, но в нём мало ракет, они дороги и дефицитны, а при массированной атаке противник делает его своей первоочередной мишенью.
В качестве примера использования перехватчиков Чадаев привёл недавний случай в Ростовской области, где группа перехвата не смогла догнать более быстрые дроны «Мадяр» (220 км/ч) из-за ограниченного времени работы батареи перехватчиков, летящих со скоростью 300 км/ч. Он также рассказал о трёх линейках перехватчиков: полностью ручных, полуавтоматических и полностью автоматических, как «Ёлка», где ИИ сам находит и уничтожает цель.
Завершая интервью, Чадаев сравнил систему ПВО России и Украины. «У них противовоздушной защиты, как у нас, нет, остается надеяться только на перехватчики, пока несовершенные», — отметил он, добавив, что у России есть и свои ЗРК малого радиуса действия, но их мало, и они дороги. По его мнению, зенитно-ракетные комплексы хороши как средство последнего рубежа, но не должны быть единственными в логике эшелонированной обороны.
