Юрист Игорь Елисеев сотрудничал с Евгением Пригожиным с 2016 года. В 2026-м он выпустил книгу «Империя Вагнера», где описал судебные тяжбы с журналистами, удаление негативных публикаций через закон о забвении, а после 2022 года — работу по проекту «К», в рамках которого Пригожин набирал бойцов для ЧВК из мест заключения. В беседе с корреспондентом Елисеев раскрыл детали «Марша справедливости», который также называют мятежом Пригожина.
Источник:
Вечером 23 июня 2023 года в телеграм-канале «Разгрузка Вагнера» появилось видео якобы удара по тыловому лагерю ЧВК. Вскоре Пригожин объявил о начале «Марша справедливости» — похода на Москву. Минобороны опровергло достоверность видео и заявлений главы ЧВК. Утром 24 июня техника «Вагнера» окружила штаб Южного военного округа в Ростове-на-Дону. В ряде регионов, включая Москву, ввели режим КТО и отменили массовые мероприятия. Президент Владимир Путин назвал произошедшее предательством. После переговоров с Александром Лукашенко Пригожин согласился остановить марш, а уголовное дело о вооруженном мятеже было прекращено. Спустя два месяца, 23 августа, самолет Пригожина разбился в Тверской области, погибли все 10 человек на борту, включая Дмитрия Уткина.
Источник:
Елисеев настаивает: «Марш справедливости, потому что перед командирами и людьми, которые были рядом, не ставилась задача свержения власти, о чём Шеф прямо говорил в СМИ. Целью было сменить руководство Министерства обороны». На вопрос о юридической квалификации он отвечает, что статья 279 УК (вооруженный мятеж) предполагает насильственное изменение конституционного строя, однако «грань очень тонкая». По его словам, если армия ищет внутри страны предателей, не захватывая администрации, юридически это не мятеж.
Источник:
Сам Елисеев выполнял посредническую роль между ЧВК и администрацией президента, ФСБ и другими структурами, поэтому Пригожин напрямую не посвящал его в детали марша. В книге он приводит фрагмент, где Шеф отправляет его на фронт, объясняя задачи: обеспечить взаимодействие с госорганами по вопросам помилования, ФСИН, МВД и Минобороны. «Я сидел ошарашенный. Шеф сделал меня своим ближайшим помощником», — пишет Елисеев. При этом, по его словам, командиры, участвовавшие в марше, не поддержали бы силовой захват власти, поскольку являются патриотами с большим количеством наград.
Источник:
Обсуждая жертвы, Елисеев признает: любая боевая операция предполагает потери, и грань между маршем и гражданской войной тонкая. Он ссылается на сбитые самолеты — по данным «Первого канала», в Ил-22 погибли десять человек. Пригожин сообщал о двух сбитых вертолетах. Минобороны не комментировало потери авиатехники. Елисеев утверждает, что колонны «Вагнера» шли в потоке гражданских машин, а ответные удары были самообороной.
В книге описан звонок командира СОБРа, которому приказали стрелять по вагнеровцам на поражение. Елисеев уговаривал не стрелять друг в друга, предупреждая, что «наши парни — смертники, они пойдут до конца». Чиновники сообщили, что высшее руководство покинуло Москву, опасаясь, что Вагнер может зайти в Кремль. Через несколько дней после марша Пригожин, улыбаясь, спросил Елисеева: «Нормально мы их взбодрили?»
По мнению юриста, подготовка к маршу велась несколько недель. Толчком стало то, что после взятия Бахмута Пригожину приказали передать вооружение Минобороны и выйти с линии соприкосновения — фактически это означало конец ЧВК в России. «Для Шефа это был очень сильный удар», — говорит Елисеев. Он также упоминает, что лично видел ролики, где пленный командир признавался в минировании отходов вагнеровцев под Бахмутом. По его информации, руководство Минобороны приехало в Ростов для силовой операции по взятию ЧВК под контроль, что спровоцировало Пригожина на упреждающие действия.
Во время марша Елисеев находился под Москвой на гоночном треке. Никаких поручений от Шефа не поступало, связь была оборвана. Ему звонили из спецслужб, и он пытался донести, что нужно избежать кровопролития. Единственным, кто смог изменить ситуацию, стал Александр Лукашенко, предоставивший гарантии. По словам Елисеева, колонну остановили, в том числе потому, что перед вагнеровцами стояли их бывшие сослуживцы, в которых они не были готовы стрелять. «Если бы Шеф хотел свергать правительство, он сам пошёл бы на Москву», — уверен юрист.
Конфликт с Минобороны был системным. Елисеев утверждает, что Пригожин пытался легализовать ЧВК, предложив законопроект о президентской структуре, но его не поддержали. «Шеф видел огромное количество смертей, на передовой его называли батей. А в Москве люди, которые на передовой ни разу не были, ему что-то возражали», — объясняет юрист. После марша Пригожин, по словам Елисеева, выдохнул и сказал: «Ты ж понимаешь, я не мог по-другому». Он был готов умереть героем.
В книге описан эпизод, как Пригожин звонил Алишеру Усманову и пошутил, что если тот не перезвонит, то он сообщит в посольство США об их дружбе. Усманов сразу перезвонил. Елисеев подчёркивает харизму Пригожина: «Он общался со всей верхушкой нашей страны, у всех были его телефоны. Но с Министерством обороны конфликт был системный».
Елисеев признаёт, что участвовал в разработке законов об ограничении свободы СМИ и о дискредитации армии. Он считает, что изначально это было правильным решением для борьбы с «беспредельной критикой», но когда закон стали использовать для запрета любой критики, это стало неправильно. «Как юрист, я понимаю, что система государства предполагает, что у людей есть право задавать вопросы политикам об эффективности процессов».
Относительно кувалды, которой, по слухам, убили перебежчика Нужина, Елисеев заявляет, что это была «смертная казнь фактически». Он цитирует фрагмент книги, где Пригожин говорит: «Больше никто не захочет переходить на сторону врага. Это оружие возмездия и справедливости». Елисеев считает, что государство не вводило смертную казнь для предателей, а Пригожин решил проблему своими методами. «Страх смерти не давал участникам проекта «К» стать пятисотыми», — добавляет он.
Юрист признаёт, что ЧВК существовала вне закона, а сам он был «законником в организации вне закона». По его словам, все участники понимали, что для них законы не действуют и за ошибку можно заплатить жизнью. Гибель Пригожина он считает закономерным итогом: «Все мы, когда начинали играть в эту игру, понимали, что мы в серой зоне».
Отвечая на вопрос о возможном повторении марша, Елисеев говорит, что проект «К» завершён — все ветераны обеспечены удостоверениями и социальной помощью. О судьбе структуры в Беларуси он уклончиво отвечает, что она существует, но подробности — гостайна. Сам юрист работал в компании до декабря 2025 года, а затем занялся своими делами. Книгу «Империя Вагнера» он написал как дань памяти Шефу, и к нему приезжали представители спецслужб, интересовавшиеся политическими планами. «Я ответил, что повторять действия Шефа крайне опасно и мы не собираемся этого делать», — заключил Елисеев.
