Источник:
В заключительный день ПМЭФ глава «Роснефти» Игорь Сечин выступил с традиционным докладом на энергетической панели. Он начал с мрачной параллели: год назад мир сравнивали с путешествием Одиссея, но теперь более уместен миф о ящике Пандоры, принесшем болезни и страдания.
По словам Сечина, мировую правовую систему пытаются заменить правовой системой одной страны, а ООН оказалась на грани банкротства. За последние 12 лет против России ввели 32 тысячи санкций, причем США лидируют с 7,4 тысячами, за ними следуют Канада, Швейцария, Евросоюз, Норвегия, Великобритания и еще более 50 стран. «Российские валютные резервы на сумму более 300 млрд были фактически конфискованы и сегодня используются для финансирования военных действий против нас», — заявил Сечин.
Кризис на Ближнем Востоке с перекрытием Ормузского пролива показал, что за первые четыре месяца года цены на удобрения взлетели почти на 60%. В этих условиях Северный морской путь может обеспечить мировую торговлю, сократив сроки доставки грузов в полтора-два раза и снизив затраты на 20–30%.
Сечин отметил, что проблемы перешли в разряд стратегических рисков. С 2008 года мировая денежная масса увеличилась более чем на 30 трлн, почти половину прироста обеспечили США и Еврозона. Капитал перетекает из реального сектора в виртуальный, объем которого превышает $500 трлн — почти в пять раз больше мирового ВВП. За 15 лет мировой долг удвоился, но большинство стран не обеспечены реальными активами.
Особо он остановился на золоте: «Даже физическое золото, находящееся в хранилищах США, а это более 14 000 тонн, покрывает лишь 5% от $39 трлн американского долга, — подчеркнул Сечин. — Доля золота в резервах Банка России растёт с опережением. За последние четыре года она увеличилась с 21 до 45%. Однако, если бы этот процесс начался раньше, то Россия смогла бы заработать на росте стоимости золота более 400 млрд и сохранить значительную часть своих резервов».
Мировая энергетика недофинансирована: инвестиции в ископаемое топливо за 10 лет упали на 20%. При этом растут военные расходы. «На протяжении последних 11 лет оборонные расходы США, составляющие сегодня треть мировых расходов за последние 10 лет, выросли в полтора раза и в прошлом году достигли почти $1 трлн. К 2027 году эти расходы должны увеличиться ещё на 50%. Расходы европейских членов НАТО растут самыми высокими темпами с 53-го года». В Германии военные расходы за три года удвоились — страна переводит экономику на военные рельсы.
Рыночная капитализация триады ВПК и высокотехнологичных корпораций растет, а компании ИИ забирают значительную часть инвестиций в ущерб остальной экономике. «Очевидно, мир стоит на пороге крупнейшего в истории пузыря на финансовом рынке со времён железнодорожного бума в США в XIX веке».
По словам Сечина, 70% компаний используют ИИ, но в 90% случаев за три года это не сказалось на производительности труда. Однако вложения растут, особенно в оборонном секторе. «Идёт отработка интеллектуальных систем управления людьми на поле боя. Фактически люди становятся расходным материалом, боевыми роботами, управляемыми искусственным интеллектом». «Демография и человек как личность могут потерять своё значение перед лицом армии машин, — подчеркнул Сечин. — Если мы будем просто наблюдать за этим, необходимо чётко осознавать, какого джина мы выпускаем из ламп».
В ближайшие пять лет глобальный спрос на мощности дата-центров может вырасти почти втрое. Уже сейчас они потребляют больше энергии, чем Франция. Мировой спрос на электроэнергию к 2035 году увеличится почти на 40%. «Ключевым ограничением остаются электросети и хранение энергии. Потребность в расширении модернизации сетей достигнет 60 млн километров к 2035 году и 80 млн километров к 2040 году. Фактически потребуется удвоение существующей инфраструктуры».
Соответственно растет спрос на металлы. «Прирост потребления может составить почти 200 млн тонн, а ресурсы крайне ограничены. Особое значение имеет медь — ключевой металл новой экономики. По прогнозам, в ближайшие 20 лет потребуется добыть объём меди, сопоставимый с производством за предыдущие 10 000 лет».
Перекрытие Ормузского пролива Сечин назвал попыткой изменить регулирование мирового энергетического рынка в интересах США. Страдают западные потребители, к росту цен на электроэнергию добавился рост цен на моторное топливо. Он вспомнил новый пакет санкций против России: «Главным бенефициаром, безусловно, стали американские компании, получившие неконкурентные преимущества, возможность организации поставок по высоким ценам на рынке. Американский экспорт углеводородов бьёт все рекорды». Кроме того, на нефтегазовую отрасль влияют высокие процентные ставки, ведущие к росту расходов на обслуживание долга.
Сечин высоко оценил политику Китая, который оказался наиболее подготовлен к Ормузскому кризису и продемонстрировал гибкую энергетическую политику. Однако общий прогноз мрачный: «В нашем случае на дне ларца мы с неизбежностью обнаружим глобальный дефицит электроэнергии, дефицит продовольствия, меди и других металлов. И дефицит воды, который будет определять новый облик мировой экономики. Все ли готовы противостоять новым угрозам? Выживет тот, кто лучше будет готов к этому. Это и будет, собственно, конец начала, когда пустые надежды, иллюзии, спасительные химеры окончательно испарятся».
Глава «Роснефти» завершил доклад цитатой Станислава Ежи Леца о том, что вечность — это временное решение, пока не определится начало и конец.
