Таврический дворец
Источник:
Ровно 120 лет назад, 27 апреля 1906 года, в Российской империи открылась первая Государственная дума. Её история оказалась короткой и драматичной: всего одна сессия, роспуск и последующее заключение многих народных избранников.
Источник:
Будущий большевик Павел Арский (настоящая фамилия Афанасьев) ещё до этих событий написал ироничные строки: «Царь испугался, издал манифест: мертвым свободу, живых под арест». Он сочинил их в полтавской тюрьме, куда угодил после стихийной демонстрации, вызванной оглашением Манифеста 17 октября 1905 года. Через две недели его отпустили.
Фрагмент полосы сатирического журнала «Адова почта» (1906, № 1)
Источник:
Манифест даровал политические свободы, но главное — наделил Государственную думу, учреждённую двумя месяцами ранее как совещательный орган, законодательными полномочиями. Император Николай II в письме матери, императрице Марии Фёдоровне, описывал события тех дней:
«Строители создали нечто настолько чарующее, — восторгался журналист „Нового времени“ за месяц до открытия первого заседания парламента, — такую гармонию света, воздуха с торжественной обстановкой русского парламента, что впервые попавший туда человек, как в старинном храме, где все дышит благоговением, стоит пораженный».
Источник:
«Ну да, политические свободы — это так, на тоненького: сегодня дадим, завтра отберем». Однако законодательная Дума была уже серьёзным шагом.
Фрагмент первой полосы журнала «Огонек» (№ 7, 1906)
Источник:
Для заседаний выделили Таврический дворец, где началась срочная реконструкция. Журнал «Нива» сообщал: «Депутатские места амфитеатром — уже готовы; кресла, с мягкими, из синей кожи спинками и откидными сиденьями, с пюпитрами, очень удобны и расположены радиусами. Депутатских мест 560, а все помещение зала несколько больше германского рейхстага». Каждое кресло обошлось казне в 57 рублей.
Император читает приветственное слово в день открытия 1-й Государственной Думы в Георгиевском зале Зимнего Дворца
Источник:
На этот ценник отреагировал Максим Горький, опубликовавший в первом номере сатирического журнала «Адова почта» (под псевдонимом Иегудиил Хламида) наставление депутатам: «Если ты пойдешь в Думу Государственную, помни, сидя там, что ты сидишь в кресле, которое стоит пятьдесят семь рублей, а потому — веди себя сообразно особенностям седалища своего».
Депутаты 1-й Государственной Думы выходят из Зимнего дворца после приема у императора Николая II
Источник:
Предвыборная кампания была бурной. Партийные агитаторы ходили по квартирам, раздавали списки кандидатов, нередко включая в них умерших или неосведомлённых живых людей. Писатель Владимир Короленко вынужден был опубликовать в газетах открытое письмо, заявив, что его кандидатуру от кадетов выдвинули без его согласия.
Группа депутатов Первой Государственной думы, осужденных за подписание Выборгского воззвания на 3 месяца тюремного заключения, у ворот тюрьмы Кресты
Источник:
Лев Толстой, по свидетельству его личного врача Душана Маковицкого, на вопрос крестьянина, какую партию выбрать, ответил шуткой: «Я ему отвечу, что это все равно, как если бы спросил: пить ли ему вино, водку или пиво» (запись от 13 февраля 1906).
В выборах участвовали девять партий. Монархисты и революционеры (включая большевиков) бойкотировали голосование, хотя отдельные меньшевики и эсеры прошли как независимые. В «Кратком курсе истории ВКП(б)» под редакцией И. В. Сталина (1938) так объяснялась тактика: «Думой царь хотел отвлечь массы от революции… В борьбе с этим обманом народа большевики объявили и провели тактику бойкота I Государственной думы».
Газета «Новое время» призывала: «Вся мыслящая Россия видит спасение государства в созыве Думы. От всех бед спасти должна Дума». Либералы и консерваторы вели активную агитацию, в том числе в трактирах и пивных, где избирателей угощали чаем, пряниками и водкой. Журнал «Нива» описывал уличные споры: «Один голос кричал: „Кто хочет, чтобы министры не спали, голосуйте за народную совесть“. Другой возражал: „Если в Сибирь желаете, баллотируйте за народную свободу!“».
Процедура выборов была сложной. Депутатов избирали «выборщики» от сословных курий: землевладельческой, городской, крестьянской, рабочей. Представительство было неравным: один выборщик приходился на 1 тысячу землевладельцев, на 4 тысячи горожан, на 50 тысяч крестьян и на 90 тысяч рабочих. В крупных городах голосовали напрямую, но явка была низкой: в Петербурге с населением около полутора миллионов зарегистрировали 153 тысячи избирателей. Голоса лишались лица моложе 25 лет, женщины, учащиеся, военные, рабочие мелких предприятий, подследственные и т.д.; действовал имущественный ценз.
Выборы в Петербурге прошли 20 марта 1906 года в солнечный день. Газеты писали: «будничный туман обывательской жизни, наконец, разорван, и впереди — чистая свободная заря». Голосование напоминало современное, но помещение перегораживали перилами на клетки, где избирателей «встречали два господина».
Победу одержали кадеты, ставшие самой многочисленной фракцией. Вторыми были трудовики (крестьянская народно-социалистическая группа), далее — автономисты (польские, украинские, грузинские и другие национальные группы). Большинство мест заняли критически настроенные к власти депутаты, и этот созыв вошёл в историю как Дума народного гнева.
Торжественное открытие состоялось 27 апреля. В тот день центр Петербурга украсили флагами и иллюминацией. В Зимнем дворце после литургии Николай II прочитал тронную речь. Около трёх часов дня депутаты на небольших пароходиках отправились по Неве в Таврический дворец. Публика на мостах и набережных приветствовала их. По пути они проплывали мимо тюрьмы «Кресты», откуда узники кричали им приветствия.
Однако диалога власти и общества не получилось. За 72 дня работы Дума провела лишь одну сессию. Почти каждое заседание начиналось с требования отставки правительства. Правительство, в свою очередь, игнорировало Думу: единственный законопроект, который оно внесло, касался переустройства прачечных Юрьевского университета. Депутаты же приняли 391 запрос «о незаконных действиях правительства» и один важный закон — о помощи пострадавшим от неурожая.
Член партии кадетов Лонгин Пантелеев так оценил Думу: «в подавляющем большинстве Дума не была революционною: такой она могла казаться лишь бюрократам… Но она, как отразительница настроения страны, несомненно, более чем на девять десятых была оппозиционная, притом в высшей степени нервно-возбужденная».
После роспуска Думы императорским указом около двухсот депутатов подписали так называемое «Выборгское воззвание», призывавшее граждан не платить налоги и не давать солдат. Правительство сочло это крамолой и начало следствие, которое затянулось настолько, что успели избрать и распустить Вторую думу, а затем и созвать Третью.
В конце концов 169 подписантов оказались на скамье подсудимых по обвинению в «распространении сочинений, побуждавших к неповиновению и противодействию закону». В мае 1908 года их доставили в петербургские «Кресты». Каждый получил три месяца тюремного заключения, был лишён избирательных прав и права баллотироваться в Думу. Председатель Первой думы Сергей Муромцев отбыл свой срок в московской «Таганке».
Так сбылось пророчество поэта Павла Арского: «Царь испугался, издал манифест: „Мёртвым свобода! Живых под арест!“ Тюрьмы и пули народу вернули… Так над свободой поставили крест!»
