Альвина Джабраилова рассказала об отце и наследстве

Спустя несколько недель после гибели Умара Джабраилова его дочь Альвина вышла в прямой эфир в социальных сетях. Трансляция продлилась почти час, девушка говорила эмоционально и сбивчиво, перемежая русскую речь английскими фразами.

Зрители сразу отметили внешнее сходство Альвины с отцом, на что она отреагировала тепло. «[Пользователь] пишет, что у меня та же манера речи, что и у отца. Что ж, я его дочь! Мы очень похожи. Даже когда я говорю по-русски, у меня чеченский акцент. Я не знаю, откуда это, генетика, ребят, генетика. Я обожала своего отца», — улыбалась она.

Однако её воспоминания были противоречивы. «Я обожала его, он был моим героем. К сожалению, он также был моим первым… самым опасным человеком в моей жизни», — призналась Альвина.

В эфире она продемонстрировала несколько вещей, оставшихся от отца, включая зелёный кардиган и куртку Hermes. «Это тоже он мне дал, Hermes. Нежаден… иногда. Когда это ему было выгодно, он был довольно щедрым. Когда он этого хотел», — пояснила Джабраилова.

Отношения с отцом, по её словам, были сложными. Альвина мало его знала и черпала сведения из журналов и интернета. «Для меня мой отец был большой загадкой. Но когда я выросла и стала чуть поумнее, у нас отношения ухудшились. Потому что я ожидала от него большего, чем он мне давал. И я не имею в виду финансово. Я ожидала от него, что он будет моим отцом. Чтобы он ходил с нами на боулинг, делал с нами нормальные, обычные активности», — рассказала она.

Отвечая на вопрос из чата, Альвина заявила, что отец не поддерживал её финансово около десяти лет. «Он, отец, был миллионером-миллиардером, но он всё просрал, извините за вульгарность», — сказала она. По её словам, единственным наследством стали подарки из детства. «Было бы прикольно иметь отца как отца… В шесть лет мне не надо было иметь бриллиантовые вещи. Или в десять лет. Конечно, классно, теперь я могу их продать и себя как-то обеспечить», — размышляла она.

Дочь миллиардера подчеркнула, что критика не отменяет её чувств. «Я могу любить своего отца и его как-то критиковать, и я говорю правду в обоих случаях. В нашей жизни есть много нюансов. Он очень харизматичный, очень умный, очень смешной. И одновременно он был ужасным. Он был очень опасным человеком», — отметила Альвина.

По просьбе зрителей она показала старое фото с Шоном Комбсом, известным как Пи Дидди, предположительно сделанное на яхте.

Альвина развила тему опасности, исходившей от отца. «Он меня ставил в очень опасные ситуации. Мой отец меня заставлял пить алкоголь, когда мне было 6 лет. Бог знает, что потом было, что могло твориться потом», — вспоминала она.

Девушка заявила, что у Джабраилова была «тёмная сторона». В этом контексте она упомянула Гилейн Максвелл, подругу Джеффри Эпштейна, осуждённую за организацию секс-торговли несовершеннолетними. По словам Альвины, отец называл Максвелл своим «соулмейтом». «И вот почему для меня мой отец был очень умным, но и в то же время очень глупым. Потому что его тоже использовали много», — рассказала дочь бизнесмена.

Альвина не верит в официальную версию о самоубийстве. «Его застрелили как собаку», — заявила она. Ранее в соцсетях она уже выражала убеждённость, что отца убили из-за связей с файлами Эпштейна, и опасалась за свою жизнь.

О смерти отца девушка узнала из новостей. В тот же день ей предложили дать интервью, но она отказалась. Сейчас Альвина готова к диалогу и выразила интерес к беседе с Ксенией Собчак. «Я хочу сделать интервью. Да, отмечайте Собчак тут, если вы хотите, чтобы я пошла к ней. Я бы сделала с ней интервью, — ответила Альвина. — Я ее знаю, я ее помню. Я ее видела, мы встречались, когда мы были с отцом». Их последнюю встречу она описала так: «Когда я в последний раз ее видела, я была в каком-то ресторане с отцом, и она мыла в бикини и шортиках какую-то спортивную машину. Это было сто лет тому назад».

В настоящее время Альвина, согласно её социальным сетям, проживает в Монако и часто бывает в Берлине. После гибели отца ни мать, ни бабушка, по её словам, не связались с ней, чтобы выразить соболезнования. «Они даже не позвонили», — добавила Джабраилова.