Источник:
Премьера полнометражного фильма «Цинга» ознаменовала игровой дебют известного документалиста Владимира Головнева. Сын академика РАН Андрея Головнева, режиссер продолжает тему, начатую двадцать лет назад в работе «Корабль идет, а берег остается»: действие разворачивается на Ямале, где в 1991 году миссионеры Русской православной церкви стремятся обратить коренное ненецкое население в христианство.
Источник:
Сценарий своей первой игровой картины Головнев создал совместно с Евгением Григорьевым, директором по развитию Свердловской киностудии. Пять лет назад Григорьев сам выступил режиссером северного триллера «Подельники», с которым «Цингу» неизбежно сравнивают. Новая лента отличается более медитативной созерцательностью, хотя содержит прямые отсылки к «Подельникам» — например, общение человека с волком или ритуальное питье крови животных из эмалированной кружки как акт приобщения к культуре Севера. Сам Головнев определяет основной темой фильма инициацию: «Это фильм про то, как человек становится северным».
Источник:
Ручная камера, которую берут с собой миссионеры, служит не только для создания эффекта документальной достоверности, но и для обозначения времени действия. Первая дата в записи — 18.08.91, когда отец Петр (Дмитрий Поднозов) крестит группу ненцев. На протяжении фильма в фоновом режиме радио передает сообщения о августовском путче, хотя перипетии политической жизни мало заботят как ненцев, так и русских героев.
Послушник Федор (Никита Ефремов) горячо уверен, что несет свет истинной веры «темным и дремучим» ненцам. «Их спасать надо, они тысячу лет так, во тьме, во грехе. Только мы им свет несем», — заявляет он. Его старший наставник отец Петр, однако, напоминает о главном грехе: «И без гордыни?» — спрашивает он, указывая на самоуверенность юного миссионера.
Местные жители мягко, но твердо отказываются от проповеди, объясняя, что их жизнь сосредоточена вокруг оленей. «Вера не для оленей — вера для людей», — настаивает Федор. Вскоре ему приходится искать компромисс, вступая в своеобразный торг: ненцы обещают надеть кресты, если христианский Бог спасет их оленей от падежа.
Особую роль в идеологическом противостоянии играет мальчик-ненец (Тимур Романов). На проповедь Федора о том, что «Бог любит всех», ребенок разочарованно отвечает: «Тогда неинтересно». Рассказы о рае, где «хорошо и тепло», также не впечатляют маленького скептика: «Скучно…».
Параллельно Федор сталкивается с искушениями: по ночам к нему является жена оленевода (Евгения Манджиева). Эротические сцены на шкурах при свете костра кажутся стилистически инородными в аскетичной картине, но Никита Ефремов сохраняет органичность даже в таких моментах. Это проявляется, например, когда его герой, встав на колени в тундре, импровизирует молитву: «Господи Боже, спаси оленей Святого Крещения ради, пожалуйста».
Фильму удается достигнуть тонкости в изображении взаимодействия христианства и язычества, своеобразного экуменического обмена. Однако эта тонкость теряется в финале, когда на экране появляется развернутый титр. В нем цинга объясняется как суккуб, являющийся в образе соблазнителя, а следующая строка сухо констатирует: «26 декабря 1991 года СССР прекратил существование». Попытка связать мифологическое заболевание с распадом сверхдержавы выглядит натянутой и не добавляет картине глубины.
