Источник:
Южнокорейский режиссёр Ён Сан Хо, известный по хитовому зомби-хоррору «Поезд в Пусан» (2016), вернулся к теме живых мертвецов в фильме «Колония». После успеха первой картины он снял менее удачный сиквел, работал над сериалами и анимацией. Новая лента также участвовала в программе «Полуночные показы» Каннского кинофестиваля, как и его знаменитый предшественник.
Источник:
Действие разворачивается не в поезде, а в лабиринтах торгового центра. Сюжет начинается с молодого учёного-биотехнолога Со Ён Чхоля (Ку Гё Хван), который звонит в службу 911 и сообщает о намерении устроить теракт: распространить опасный патоген в сеульском бизнес-центре «Дунвури». Первой жертвой становится его бывший начальник – после инъекции сыворотки у гендира идёт пена изо рта, он встаёт на четвереньки и начинает кусать окружающих. «Не стоит обижать учёных», – иронизирует фильм.
Источник:
В здании оказываются не только бизнесмены, но и невинные люди: разведённая пара биологов, сотрудник безопасности с сестрой в инвалидном кресле, две школьницы. Все они укрываются в торговом центре, пока небоскрёб оцеплен и введён карантин. Заражённые не ведут себя как обычные зомби: каждый из них будто имеет передатчик в голове, поэтому они координируют действия, словно стая или единый организм. Патоген создан на основе слизевика – грибовидного существа без нервной системы, которое способно решать сложные задачи. Благодаря этому зомби постоянно эволюционируют: сначала только бегают на четвереньках и кидаются на манекены, но со временем их поведение усложняется, и дважды на один трюк их не поймаешь.
Фильм насыщен социальными метафорами, что типично для корейского кино (вспомнить хотя бы «Паразитов»). Герои несколько раз произносят фразы: «Несовершенное общение — источник всех трагедий» и «Коллективный разум — главный двигатель эволюции». Зомби становятся воплощением обезличенного сознания. Как поясняет режиссёр, идея родилась из столкновения массы с одиночками – типичными представителями современного атомизированного общества. В фильме угадываются отсылки к корейскому коллективизму, проблеме пропаганды, зависимости от соцсетей и стремительной эволюции искусственного интеллекта. Всплывает даже отсылка к «Ленину-грибу» и муравьям, ориентирующимся по запаху.
Однако сами герои-одиночки, призванные противостоять орде, получились скорее функциями, нежели выпуклыми характерами, как в «Поезде в Пусан». У каждого есть своя арка: учёная выясняет отношения с бывшим мужем и коррупционные вопросы, охранник осознаёт ценность сестры и решает моральные дилеммы, школьницы расставляют точки над «i». Но проработаны эти линии поверхностно и второпях. Запоминается лишь ремарка одного из выживших: «Надо было ехать в поход» — невольная шутка в крайне серьёзном фильме.
По мере развития сюжета «Колония» быстро исчерпывает свои идеи. Философские рассуждения о коллективном против индивидуального и эволюция заражённых отходят на второй план, уступая место стандартным клише жанра: погоне, пряткам и скримерам. Картина превращается в обычный киноаттракцион, хотя визуально остаётся эффектной на всём протяжении. Для съёмок возвели декорацию целого молла, а пластикой зомби занимался хореограф Чон Ён, работавший с режиссёром над «Поездом в Пусан». Благодаря ему движения заражённых выглядят завораживающе синхронно, словно огромный кордебалет смерти.
Таким образом, «Колонию» можно воспринимать как дорогой красивый вечер танца — «danse macabre» и «танец маленьких слизевиков» во втором отделении. Режиссёр попытался добавить новые грани в зомби-жанр: биологические метафоры, эволюционирующих врагов и социальную критику. Но нехватка проработанных персонажей и повторение знакомых приёмов не позволяют фильму подняться до уровня «Поезда в Пусан».
