Касторф в БДТ: Данте, Хандке и Мандельштам

Пятичасовая постановка немецкого режиссера Франка Касторфа, созданная в содружестве со сценографом Александром Деничем, предлагает зрителю фантасмагорическое путешествие по кругам ада. Литературную основу спектакля составляют три ключевых текста: «Божественная комедия» Данте, рассказ Петера Хандке «Страх вратаря перед пенальти» и эссе Осипа Мандельштама «Разговор о Данте».

Действие разворачивается в мрачной атмосфере ночного Белграда с неоновыми вывесками, трамваями и киосками шавермы, создавая образ городского дна. Подобная эстетика урбанистического хаоса уже проявлялась в более ранних работах Касторфа, например, в постановке «Кольцо нибелунгов» 2013 года в Байройте.

Спектакль открывается цитатой из Данте: «Оставь надежду, всяк сюда входящий». Центральным персонажем становится бывший футбольный вратарь Йозеф Блох в исполнении Марко Гверо. Герой, уволенный с работы и охваченный немотивированной злобой, совершает случайное убийство кассирши кинотеатра.

Касторф строит спектакль на трех текстах, уделяя основное внимание разделу «Ад» из Данте. Рассказ Хандке и эссе Мандельштама образуют дополнительные смысловые слои. Композиционно эти элементы переплетены, словно перекрученные полотнища, разрезанные и перемешанные во времени.

Постановка многоязычна: реплики звучат на сербском, итальянском, английском и русском языках. Она насыщена отсылками к массовой культуре, включая сцены из фильма «От заката до рассвета», маску Дарта Вейдера и символику Кока-колы как критику общества потребления. Также в спектакле цитируются стихи Фёдора Достоевского, Самуила Маршака и Осипа Мандельштама, создавая дополнительные смысловые арки.

Эстетику режиссера можно охарактеризовать как барочную — избыточную, динамичную, соединяющую несоединимое. Его театр наследует традициям средневекового карнавала, немецкого экспрессионизма и берлинских кабаре 1920-х годов. Важную роль играет использование видеокамер, транслирующих действие в реальном времени, а также экспрессивная, на грани крика, игра актеров.

Герой, подобно Данте, спускается по кругам ада: от похоти через чревоугодие к насилию. Ключевые сцены включают приготовление кровавого супа, убийство в холодильнике и встречу с фуриями. Финал возвращает к мотиву футбольного вратаря, цитируя Хандке: «Вратарь в ярко-желтом пуловере стоял совершенно неподвижно, и игрок, бивший одиннадцатиметровый, послал мяч прямо ему в руки».

Спектакль Франка Касторфа — это мощное театральное высказывание, исследующее темные стороны человеческой натуры. Йозеф Блох становится символом обывателя, в душе которого скрыты бездны насилия и абсурда, что делает постановку особенно актуальной для современного зрителя.