Источник:
Владимир Шинкарев оставил после себя легендарных «Митьков», но также и менее известное, но важное произведение — «Максим и Фёдор», сборник стихов и зарисовок, где ощущается влияние обэриутов и японской поэзии.
Герои этой книги — не конкретные лица, а два архетипа: мечтательный интеллектуал и практичный простолюдин. Их диалог напоминает поэму Иосифа Бродского «Горбунов и Горчаков», что не случайно, ведь в 2008 году Шинкарев получил премию имени этого поэта.
Дуализм был сущностью творчества Шинкарева. Он одинаково успешно занимался живописью и литературой, не смешивая эти сферы. В интервью радио «Благо» он говорил: «Человек задействует либо одно, либо другое. И в те дни, когда я удачно пишу картины, лучше словами не писать, и даже интервью не давать, ничего путного не выйдет. И наоборот».
Эта двойственность отражала жизнь поколения неофициальных художников, работавших кочегарами или дворниками. В интонации Шинкарева шутка всегда соседствовала с серьёзностью. Искусствовед Сергей Даниэль отмечал: «Сквозь восторг проступает тоска, смех отзывается рыданием, а высокая риторика оборачивается прозой жизни».
Даже «Митьки», кажущиеся удалыми и лубочными, на деле нежны и сокровенны. Весь творческий путь Шинкарева пронизан даосским стремлением к балансу. В 2005 году он объяснял «Фонтанке»: «Я не занимаюсь промоушеном никогда. Куда позовут — туда и иду. Это даосизм такой. Как вода, которая течет куда-то по наклонной плоскости».
В 2008 году художник порвал с «Митьками», завершив этот этап. Решение было взвешенным, а не демонстративным.
Поздняя живопись Шинкарева стала сдержанной и меланхоличной. Выставка 2014 года «Мрачные картины» отсылала к Гойе, но, по словам автора, была провокационным названием: «Это цвет сопротивления современности, которая ассоциируется с ярким анилиновым цветом реклам, реальный мир теперь пристойнее изображать более сдержанным».
Двойственный Петербург-Ленинград с его приглушёнными красками идеально соответствовал мироощущению Шинкарева. Художник и город находились в равновесии, которое теперь, возможно, утрачено.
