Пискаревский молзавод: история независимости

«Фонтанка» начинает цикл публикаций о заметных предприятиях Петербурга и Ленобласти — как действующих, так и ушедших в прошлое.

Предшественником Пискаревского молзавода стал Ленмолкомбинат № 4, основанный в феврале 1963 года на Лапинском проспекте в Красногвардейском районе. В те времена в городе действовали пять молокозаводов: № 1 («Петмол»), № 2 (у Федоровского собора), № 3 (на улице Радищева), № 4 (будущий Пискаревский) и № 5 (на Парнасе, появившийся позже).

До наших дней дожили не все. Помещение второго завода вернули храму, третий также прекратил работу. Первый завод перешёл под контроль менеджмента, затем вошёл в холдинг «Юнимилк», который поглотила Danone. Пятый завод достался компании «Вимм-Билль-Данн». Все эти сделки пришлись на начало 2000-х. Судьба четвёртого завода сложилась иначе.

«Завод испытывал множество трудностей, которые были связаны с развалом молочного животноводства в регионе. Было решено объединиться с сельхозпредприятиями, поставляющими заводу молоко», — говорится на сайте Пискаревского.

Тогдашнее руководство завода привлекло 11 молочных совхозов, чтобы те стали акционерами предприятия. Взамен Пискаревский молзавод стал совладельцем этих хозяйств. Так решалась извечная проблема нехватки сырого молока в Петербурге и области.

В 1994 году появилось АО «Пискаревский молочный завод». Его совладельцами стали племзаводы:

Позже «Всеволожский» вышел из состава акционеров. Владельцами акций были и сотрудники предприятия. Процессом создания холдинга руководил тогдашний гендиректор завода Петр Даньшин.

В годовой отчётности ООО, в которое преобразовали завод, указано, что предприятие владеет более 51% акций хозяйств «Заречье», «Волховское», «Ополье», «Раздолье», «Первомайский», «Петровский», «Родина», «Судаково» и «Смена». Совладельцами самого завода значатся 17 человек — нынешние топ-менеджеры и представители хозяйств холдинга. Ни у кого из них доля не превышает 12%.

«Собственно, какая разница, какова форма организации юрлица, если менеджмент эффективный, если у предприятия есть своя доля рынка, прибыль и так далее?» — комментирует управляющий партнёр консалтинговой компании «Агромиля» Дмитрий Мирончиков.

Подобная кооперативная форма владения — сейчас редкость на молочном рынке, но для Пискаревского она остаётся рабочей. «Это эффективная форма управления конкретно для Пискаревского молзавода, который не привык брать большие кредиты на развитие. То есть, по большому счёту, предприятие не нуждается в каких-то больших сторонних деньгах и инвесторе для того, чтобы работать», — поясняет другой участник рынка.

Кредитная нагрузка действительно невелика. За прошлый год задолженность составила 236 млн рублей при выручке 13,6 млрд и чистой прибыли 1,1 млрд рублей. Кредиты — лишь 1,7% от выручки или 21% от чистой прибыли.

Аналитик телеграм-канала Bonus Fabula Дмитрий Кумановский объясняет: деньги привлекают, когда есть инвестиционные планы. Но переработчики молока уже много лет работают в условиях дефицита сырья. «Наша схема владения не очень распространённая и даже затратная, потому что мы занимаемся планированием развития не только завода, но и хозяйств, и выделяем средства на модернизацию», — рассказывают представители завода.

Предприятие работает в среднем и низком ценовом сегменте. Конкуренты — производители из Белоруссии и Вологодской области. «Мы всегда работали и будем работать в категории базовых продуктов питания. То есть мы производим еду, а не какое-то дополнение к ней», — говорят в отделе маркетинга.

Один из хитов — творожный сыр, позже названный сливочным кремом. Его выпускали с советских времён на двух предприятиях страны: Пискаревском молзаводе и в Москве. «В 90-х годах мы вернули старый сине-жёлтый дизайн, но выпускать его начали уже в стаканчике», — вспоминают собеседники. Москвичи от производства отказались, а Пискаревский — нет. «Спрос за все годы на сливочный крем снизился, но не критично. Одно время у нас было несколько видов крема с разными вкусами. В итоге популярность сохранил только самый простой — ванильный. Его и оставили».

Завод пробовал выпускать сывороточный напиток, но возникли сложности с хранением — от него отказались. Попытки выйти в более высокую ценовую категорию (например, 30-процентную сметану) провалились: для обычного покупателя было дорого. Также пробовали низколактозное молоко, но оно оказалось дорогим из-за технологии. «На самом деле мы тогда пошли на поводу у новых веяний — в Петербурге стало только появляться низколактозное финское молоко. Тогда такого тренда на ЗОЖ, как сейчас, не было, продукт не выстрелил», — вспоминает представитель завода.

В нишу современных йогуртов и функциональных напитков завод не пошёл — её заняли федеральные и транснациональные компании. Ассортимент расширяется медленно, но новинки появляются. Например, недавно выпустили творог пониженной жирности весом 130 г.

Продукция завода продаётся только в Петербурге и Ленобласти из-за коротких сроков хранения. В другие регионы Северо-Запада не стремятся — там свои сильные игроки. Обновлять упаковку, выполненную в советском стиле, пока не планируют: горожане привыкли к молоку в мягких голубых и белых пакетах, кефиру в узнаваемой упаковке, творогу с листиками клевера.

Доверие к продукции во многом держится на коротких сроках хранения — раз быстро портится, значит без «химии». Однако покупатели иногда звонят и обвиняют завод в использовании сухого молока, аргументируя это тем, что раньше на выпасе было много коров, а теперь их не видно. «Но дело совершенно не в этом. Просто технологии содержания крупного рогатого скота очень продвинулись вперёд и не требуют вот этого свободного выпаса на полях. Если вы где-то увидите пасущихся коров, то они, скорее всего, принадлежат личным подсобным хозяйствам. А мы в молоко ничего лишнего не добавляем», — объясняют представители завода.

Завод, как и другие участники отрасли, работал с иностранными компаниями: Alfa Laval поставлял оборудование для хозяйств, Tetra-Pak — для переработки и упаковки. В начале сотрудничества с одним из гигантов упаковки совместно разработали бренд «Клевер». «Дизайн немного поменяли, потому что сначала название считывалось как „Клей“. Но всё поправили, получился хороший „Клевер“, такой, что его все запомнили», — вспоминает сотрудник отдела маркетинга.

Модернизация идёт постоянно, но масштабных проектов пока не будет — свободных площадей для оборудования почти не осталось. Компания нашла баланс между объёмом поступающего сырья и производством. Стратегию продвижения менять не планируют: основные покупатели — люди старшего поколения, которые уже знают бренд. Самым эффективным способом считают сарафанное радио. «Наш подход остаётся прежним — мы хотим делать качественную продукцию с короткими сроками хранения по доступным ценам», — говорит заместитель гендиректора Пискаревского молзавода Георгий Житмарев.