Экзотика внутри нас: почему бананы и апельсины дешевле яблок

Конец апреля 2026 года принёс необычное явление: в российских магазинах средневзвешенная цена на яблоки впервые за долгие годы оказалась выше, чем на апельсины (на 23 рубля) и бананы (на 4 копейки). При этом для яблок рост цен ещё не достиг пика — он ожидается в июле. Таким образом, с точки зрения потребителя, в этом году с яблоками в России сложилась непростая ситуация.

Конечно, ориентироваться только на усреднённые данные Росстата не вполне корректно. Цена на яблоки сильно зависит от сорта, места продажи и времени года. Главное, что нужно знать: в России выращивают много яблок — по итогам 2024 года собрано 1,6 млн тонн, а на 2025 год планировалось 1,9 млн тонн (окончательные данные пока не опубликованы). Однако эти объёмы несопоставимы с китайскими — там ежегодно производят более 50 млн тонн. На душу населения в Китае приходится 29 кг яблок, а в России — лишь 13 кг. Собственного урожая нам не хватает, поэтому приходится закупать фрукты за рубежом, в том числе в Китае.

Точные объёмы импорта яблок широкой публике неизвестны, поскольку Белоруссия и Иран — ключевые поставщики — не раскрывают статистику. Без их данных база ООН за 2024 год фиксирует 235 тыс. тонн импорта, тогда как пять лет назад было 670 тыс. тонн. Важное уточнение: почти половина российских яблок идёт в переработку, а импортные — практически полностью товарные, то есть поступают в магазины. Когда чиновники отчитываются о достижении «яблочного суверенитета» в 70–75% (против 50% в 2018 году), они не уточняют, о каких сортах речь. При этом ежегодно объявляются планы по закладке десятков тысяч гектаров новых садов, но Росстат фиксирует медленное сокращение их общей площади.

Основная проблема российского рынка яблок хорошо иллюстрируется таблицей импортных пошлин. С 1 декабря по 31 марта пошлина составляет 0,03 доллара за кг, с 1 апреля по 30 июня — 0,015 доллара, с 1 июля по 31 июля — 0,03 доллара, а с 1 августа по 1 ноября — уже 0,06 доллара за кг. Нетрудно заметить: с апреля по конец июня в стране практически не остаётся своих товарных яблок, и государство резко снижает пошлины, стимулируя импорт. В сезон сбора урожая ставка увеличивается в четыре раза. Дело не в том, что яблок в принципе не хватает, а в том, что на целый квартал года они заканчиваются. И тогда рынок заполняется импортом, который вытесняет российскую продукцию. Отечественный агропром не в силах это изменить.

Из-за такой сезонности график понедельных цен Росстата демонстрирует резкие колебания. Китайские и азербайджанские яблоки присутствуют на полках круглый год и стоят примерно одинаково. А в конце лета появляются российские, которые фермеры вынуждены продавать гораздо дешевле, чтобы обеспечить сбыт. Инспектор Росстата фиксирует среднюю цену по всем сортам, и получается резкое падение. Но низкая цена относится только к местным яблокам, и только пока они не кончатся.

Интересно, что пик цен на яблоки в июле почти совпадает с минимальной стоимостью бананов — их собирают в южном полушарии. В целом для страны характерны циклические пересечения цен этих фруктов. С бананами всё ясно: при продаже с причала они недороги, а длительное хранение на складе добавляет затраты. Но главный фактор — региональный. В Москве и Санкт-Петербурге бананы почти всегда дешевле яблок. Отчасти это связано с тем, что столичные потребители менее лояльны к традиционным российским сортам — скажем, Семиренко уступает по популярности Грэнни Смит не только по цене.

На юге и в Поволжье уровень жизни скромнее, и местное население дольше предпочитает свои яблоки. Однако в прошлом году из-за неурожая ценовой перекос случился и там. На Урале и в Сибири много лет наблюдаются сезонные качели: хозяйкам приходится выбирать оптимальный источник витаминов. Свои яблоки есть, но они долго не хранятся, и с октября начинают дорожать, уступая место импорту. Восточная Сибирь и Дальний Восток ощутили прошлогоднюю яблочную аномалию особенно остро — в Магадане и на Чукотке цены настолько высоки, что мультивитамины в аптеке нередко оказываются дешевле.

На снижение цен на импортные фрукты повлияла и геополитика. Совладелец крупного импортёра «Айбарус» Эльчин Ахметов пояснил: «Из-за войны много недель товар не грузился, и на местах сильно опустили цены. Российские компании, которые постоянно возили и возят оттуда товар, понимали, что будет обвал цен, и каждый пытался быстрее уйти от объемов, которые они возят. Например, в Египте им, кроме России, грузить апельсины некуда, потому что Европа в основном закупает испанские. Поэтому все объемы заточены на нас. А тут еще одна проблема: корабли в регулярном режиме не могут заходить в Новороссийск из-за дронов и катеров, которые по ним бьют. Возникают логистические осложнения, из-за которых много грузов накапливается на воде, потом на складах. В итоге рынок ситуацию не контролирует, и реализация идет как придется. Такова картина».

Более драматичные ценовые качели наблюдаются по огурцам, помидорам и картофелю. Российское производство этих овощей заканчивается уже к январю, и цены на оставшееся поражают воображение. Возникает риторический вопрос, почему даже тепличные огурцы стоят в пять раз дороже апельсинов. Эксперт по продуктовому ретейлу Михаил Лачугин не считает эту ситуацию аномальной: «У меня нет такого ощущения, что мы свернули не туда. Очень часто в СМИ вбрасывают сравнения: почему килограмм огурцов стоит дороже килограмма бананов? Но это глупое сравнение, потому что даже быстрый поиск в интернете дает ответ. Бананы выращиваются в огромных количествах в тропиках, в естественной среде, с использованием дешевой рабочей силы. Отпускная цена килограмма бананов в Эквадоре составляет около 25–30 рублей. Поэтому даже продавая их за 80–100 рублей, все зарабатывают. Выращивание огурцов, помидоров, слив, абрикосов — значительно более дорогой и трудоемкий процесс. Если мы говорим про зимний период, добавляются энергозатраты на тепличные комплексы и досвечивание».

По картофелю, по словам Лачугина, можно подискутировать, но нужно вдаваться в детали. В одном магазине можно найти десяток видов картошки от 39 до 300 рублей за импортную. Апельсины также бывают и по 80 рублей, и по 1000 рублей за килограмм. Эксперт считает, что это нормальный процесс ценообразования. Если пытаться регулировать и сбивать цены на отечественные овощи и фрукты, то они просто исчезнут с полок. «Себестоимость выращивания картофеля достаточно высокая, особенно с учетом роста издержек у производителей в нашей стране за последние два года. Налоги, акцизы, сборы — формально они ложатся не напрямую на фермера, но по факту на его затраты. Он пользуется услугами, оборудованием, посадочным материалом, рабочей силой, логистикой — всё дорожает, включая упаковку и маркировку при первичной обработке продукции. Поэтому я абсолютно не вижу здесь никаких противоречий».

Многие россияне, бывавшие на юге, знают: вишни, сливы, абрикосы не требуют теплиц — они прекрасно растут сами, а при грамотном уходе дают отличный урожай. Но эти фрукты почти не доходят за пределы регионов производства и столиц, появляясь в продаже лишь на короткий период и не за копейки. «Фонтанка» задалась вопросом, почему аграрии не засадят тысячу гектаров (в масштабах агропрома это немного) в Крыму, на Кубани или Кавказе теми же вишнями и не снабжают ими всю страну круглый год. Простая арифметика подсказывает: при урожайности 10 тонн с гектара вишни и продаже по 200 рублей с тысячи гектаров можно получить 2 миллиарда рублей выручки, а добавив ещё абрикосы — до 5 миллиардов.

Однако на практике такая арифметика не работает, объясняют эксперты. Михаил Лачугин перечисляет основные препятствия: «В первую очередь, конкретно сейчас главная проблема — дорогие заемные деньги, которые съедят всю твою прибыль. Во-вторых, сельское хозяйство — это такая сфера, в которой ты не понимаешь, получишь ты доход в этом году или нет. Вдруг случатся заморозки, у тебя весь урожай погибнет — что ты будешь делать дальше? Чем кредит отдавать? Своим садом?». Следующая проблема — катастрофическая нехватка современных складов для долговременного хранения. Нужны высокотехнологичные терминалы с контролем температуры и влажности, а не сырые ангары. Такие объекты строятся только рядом с крупными городами, а в глубине страны морковь хранится не дольше трёх месяцев.

Но самое главное, по мнению Лачугина, — отсутствие культуры продаж и кооперации среди производителей. «У нас нет культуры продажи этой продукции, умения продавать. Я как человек, который жил много лет в Астрахани, помню, как летом абрикосы по городу просто разбросаны по улицам, они валяются, их никто не берет, их много. Но при этом дачники, огородники продают за бесценок, буквально за 10 рублей ведро перекупщикам. А те везут это все уже дальше в столицу, фасуют, калибруют и продают за совершенно бешеные деньги в торговые сети». Редкие положительные примеры не решают проблему в масштабах страны. Именно поэтому, по мнению эксперта, производителям нужны «перекупщики», которые по сути кормят россиян с марта по июль. «Они нормальные, цивилизованные, естественно, они берут свою наценку и, кстати, сами немало вкладывают. Мы без них не умеем это нормально продавать почему-то. Сельхозпроизводители не могут кооперироваться между собой. Вот сейчас торговые сети пытаются агроагрегаторы свои создавать, чтобы как раз воспитывать локальных небольших производителей. Но пока это получается только по распространенным культурам типа картошки, морковки, лука. По более сложным продуктам типа абрикосов, слив, ягод — этому, видимо, еще у нас предстоит учиться».