Источник:
На минувшей пятнице в Петербурге собрались выпускники Государственного университета морского и речного флота имени Макарова — судовладельцы, экспедиторы и операторы контейнерных линий. Встреча их ассоциации должна была стать праздником, но вместо этого участники сосредоточились на федеральном регулировании и срочных мерах: времени на принятие решений осталось впритык — до июля.
Андрей Нелогов, гендиректор и владелец «Объединенной Транспортной Компании», рассказал, что три года изучает планы государства по цифровизации всей отечественной логистики. Исследуя рынок линейных перевозок, он выявил проблему, которая и породила ГосЛог. На сайте Минтранса поясняется: платформа призвана объединить цифровые логистические сервисы в «одно окно» для государства и перевозчиков, а также внедрить электронный документооборот на всех видах транспорта. «Куда бы ни обращались на самом высоком уровне сотрудники ФАС во время своего расследования или моего исследования, мы сталкивались с тем, что информации о грузовой базе нет», — отметил Нелогов. Формально данные существовали — в Морцентре, Министерстве и ведомствах, — но сложить цельную картину грузопотока было невозможно.
С 1 января 2025 года в России запущен нацпроект «Экономика данных» для цифровизации госуправления. Транспортная отрасль получила свой «домен»: постановлением правительства от 14 февраля 2026 года утверждена платформа «ГосЛог» — единое цифровое пространство для перевозчиков, экспедиторов и контролирующих органов (ФНС, ФТС, ФСБ). Оператором назначен Минтранс. Первый обязательный реестр — уведомлений о транспортно-экспедиционной деятельности — заработал 1 марта 2026 года. С 1 сентября 2026 года все участники коммерческих грузоперевозок должны перейти на электронные перевозочные документы, а с 1 марта 2027 года в реестр войдут автоперевозчики с транспортом грузоподъемностью свыше 3,5 тонны.
Нелогов с иронией процитировал архитектурный документ платформы: в центре системы «в форме лепестков располагаются жизненные ситуации», а анализом служит «система визуализации информации в виде условного цветка „ромашка“». Участники встречи, всю жизнь работающие с реальными грузами, встретили это молчанием. «Вот как хотите, так это понимайте. Это то, что рассматривалось, и то, что взято за основу ГосЛога», — прокомментировал докладчик. Он также обратил внимание на количество документов, якобы требуемых при перевозке: в исходном документе 2023 года фигурировало 124 бумаги для экспортных грузов, а к 2026-му в официальных дискуссиях цифра выросла до 312. «То есть люди на полном серьезе считают, что организация обеспечения внешней торговли требует оформления трехсот или даже более документов. Я в экспедиторской деятельности на сайте Минтранса вижу всего три», — недоумевал Нелогов.
По задумке авторов, ГосЛог призван решить проблему низкого качества перевозочных услуг. Однако эксперт считает, что такое обоснование удивительно: «То, что в 2023 году люди говорят о том, что качество услуг, предоставляемых отраслью, низкое, и вот это низкое качество требует изменения системы... Мне кажется, с этого надо начинать. Нужно было делать это в 1991 году». В качестве аргумента он привел рост контейнерооборота Большого порта Санкт-Петербург: с 70 тыс. TEU в 1991 году до 2,5 млн в 2021-м — примерно 10% в год. «Говорить о том, что вот этот рост можно было обеспечить в ситуации низкого качества предоставляемых услуг, мне кажется несправедливо», — подчеркнул спикер.
В первом квартале 2026 года контейнерооборот всех морских портов России снизился на 4,4%, до 1,31 млн TEU. Петербург просел сильнее: грузооборот Балтийского бассейна упал на 11,3%. Но причины не в «плохом» качестве, а в объективных факторах — низком внутреннем спросе, переориентации азиатских грузов на Дальний Восток и перестройке логистики после ухода западных игроков.
Регистрация в реестре ГосЛога, по словам Нелогова, — это не просто учет, а механизм отбора. Компаниям присвоят рейтинги, которые определят доступ к работе, а нарушения повлекут штрафы и дисквалификацию от Транснадзора. «Любое нарушение, независимо от того, что там произошло по сути, — это штрафные санкции... минимум 500 тыс. рублей, до 1 млн и так далее», — озвучил Нелогов. При этом в постановлении ничего не сказано о безопасности данных, хотя, по его мнению, это критично: «Все, что оказывается в Сети в связи с таможенным оформлением, — 2-3 дня, и вся информация есть в распоряжении наших врагов за границей. Они знают, что на каком пароходе едет, кто конкретно подписывал какие бумаги». Эксперт заключил, что система создается не для пользователей, а для контролеров.
В июле запланировано несколько событий. С 1 июля заработает «тройной цифровой фильтр» на импорт — синхронизация систем СПОТ, ГосЛог и «Честный знак» на границе. Кроме того, по информации Нелогова, в июле должны начать работу группы при Минтрансе, которые выработают поправки к 140-му федеральному закону «О транспортно-экспедиционной деятельности». Закон писали «широким размахом плеча», и на практике возникли неясности — например, как разграничить ответственность при техническом сбое в ГИС ЭПД. «Июльские» группы призваны написать «поправки к поправкам» до 1 сентября. Выбора нет: действующая редакция вызывает ожесточенные споры среди отраслевиков. «Совещаний было девятнадцать. На девятнадцатом совещании первый раз появились люди, которые что-то когда-то возили», — констатировал Нелогов. Модератор встречи резюмировал: «Мы либо сдохнем, либо будем жить дальше».
Проблема в том, что закон затрагивает не только морской транспорт. Под него подпадают авиация, железная дорога, автотранспорт и даже маркетплейсы, которые тоже предлагают считать транспортной услугой. «Море там где-то, между прочим, потом», — заметил Нелогов. Если морские экспедиторы не попадут в рабочие группы, правила для них напишут без их участия.
